— Поездка оказалась необыкновенно плодотворной. Рядовое дорожно-транспортное происшествие в несколько строк, как мы думали вначале, вылилось в приличную статью. Итак, по порядку: гражданин Бескадин совершил на автомобиле наезд на гражданина Соленого — тот сейчас в больнице с травмами средней тяжести — и, не оказав ему помощи, попытался скрыться. Когда его начала преследовать патрульная машина ГАИ, открыл стрельбу из травматического пистолета, оставив на их автомобиле следы от резиновых пуль. Гаишники в свою очередь открыли стрельбу и, пробив колесо, заставили его остановиться. Нарушитель продолжал отстреливаться, как говорится, до последнего патрона, и лишь потом его смогли захватить. Бескадин был в невменяемом состоянии, но не от алкоголя, а от наркотиков. В его машине обнаружили пакетик с пятью граммами кокаина и портфель с крупной суммой в валюте. Он начал угрожать гаишникам, предъявил удостоверение помощника депутата и потребовал, чтобы ему дали возможность связаться с его шефом — депутатом Крловоротовым. Гаишники решились вместе с ним поехать по адресу, названному гражданином Бескадиным, и оказались в подпольном борделе-сауне, где депутат Коловоротов, в не лучшем состоянии, чем его помощник, развлекался с голыми, явно несовершеннолетними девицами. Один из гаишников, получив крупный нагоняй от начальства за излишнее усердие и оказавшись на грани увольнения, позвонил в редакцию, и я срочно отправилась в командировку. В подтверждение своих слов он передал мне тайно сделанные мобильным телефоном снимки — они у меня на флешке. Кроме этого, у меня есть диктофонная запись беседы с ним и с пострадавшим Соленым. Сами же Бескадин и Коловоротов в крепких выражениях высказали пожелания в мою сторону и от общения отказались — я это также записала на диктофон. Думаю, моя статья заслуживает того, чтобы попасть на первую полосу. Материал горячий, свежий, как говорится, с пылу, с жару.

— Подумаем, рассмотрим материалы, — как всегда, ушел от конкретики Валерий Борисович. — А где флешка, записи?

— Дала Марте, чтобы она отнесла в фотолабораторию — надо распечатать снимки, а потом она должна расшифровать записи с диктофона. — Мне виляние главреда не понравилось, и настроение стало ухудшаться.

В кабинет с непроницаемым лицом зашла Мари, неся на подносе чашки с кофе и бокалы. Поставив все это на стол, она молча вышла. Валерий Борисович достал из шкафа бутылку коньяка и налил в бокалы. В бутылке явно был не яд, но желание выпендриваться у меня исчезло, и я прикрыла рукой стоящий передо мной бокал.

— Пожалуй, я не буду. Статья сейчас лишь в черновых набросках, над ней еще надо поработать, отшлифовать. А от коньяка у меня голова обычно болит.

— Ничего от такого количества не будет, Иванна, — возразил Валерий Борисович и поднял бокал, хитро поблескивая глазками, отчего стал похож на кота, подбирающегося к сметане. — За успех твоей статьи — на первой полосе!

— Спасибо, — искренне откликнулась я. «За такое не грех и выпить». Я пригубила коньяк и сразу торопливо поднялась. — Я пойду готовить статью — мне часа два потребуется, чтобы довести ее до соответствующего уровня..

— Хорошо. Подготовишь статью — сразу ко мне.

— Предварительно не показывая Василию Ивановичу? — удивилась я.

Это было что-то новое в практике главного редактора, но мне очень понравившееся. «Дядя Василина» был придирчив, въедлив, и не со всеми его правками я была согласна, часто вступала в спор, обычно заканчивающийся его словами: «Когда будете на моем месте, вот тогда делайте что хотите». Правда, по его тону можно было понять, что он не верит в такой поворот событий.

Окрыленная его обещанием, я, вбежав в свою комнату, заявила Марте:

— Мы в нем ошибались, Марик. Он хоть и не душка, но ничто человеческое ему не чуждо. Со временем он может стать неплохим главным редактором. Теперь главное: меня ни для кого нет! За два часа надо подготовить статью на Первую полосу! Будешь отвечать на звонки по моему мобильному телефону.

— Тебе только что звонил мужчина, представился нотариусом Чирляевым. Это твое новое увлечение? Голос очень приятный.

— Фамилия мне незнакома. А неизвестность иногда чревата сюрпризами. Пожалуй, для него я сделаю исключение — отвечу на звонок сама. — Некстати в памяти всплыли презрение во взгляде Егора и с горечью брошенное им: «Провинциалка!» Сжав зубы до скрипа, я отбросила воспоминания и эмоций, готовые захлестнуть меня. «Мне надо работать!»

— Слушаюсь, товарищ начальник! — рассмеялась Марта, но я уже полностью отдалась будущей статье. Время и окружающая обстановка перестали существовать для меня.

— Иванна, это он! — Марта попыталась всунуть мне в руку телефон. — Очень приятный голос!

— Я же просила — не отвлекать! — вскипела я, отмахнувшись, но Марта не отступала:

— Баня, он сказал, что это очень важно! — И я сдалась.

Голос у мужчины был в самом деле очень приятный, его тембр завораживал, пока смысл услышанного не проник в мое сознание.

— Моя фамилия Чирляев, Виталий Геннадьевич. Я являюсь душеприказчиком небезызвестной вам Петряковой Ларисы Сигизмундовны.

— Что с ней?! — Я вздрогнула, вспомнив, как всего несколько дней тому назад она настойчиво просила меня навестить ее, но как раз наметилась эта командировка, и я забыла обо всем на свете.

— Лариса Сигизмундовна скончалась три дня тому назад, и сегодня утром ее похоронили. Согласно завещанию вы становитесь владелицей се двухкомнатной квартиры и всего, что там находится. Как понимаете, это не телефонный разговор. Нам надо встретиться в самое ближайшее время. Когда вам будет удобно?