Ванная оформлена в сиренево-белой гамме. Та же чистота и порядок, что и повсюду. Ева нашла множество тюбиков губной помады — все частично использованы. Но нигде не спрятаны презервативы, пилюли или другие противозачаточные средства. Никаких признаков того, что девушка собиралась заниматься сексом.

И все же, думала Ева, она впустила своего убийцу в дом или привела его с собой.

Уже собираясь выйти из спальни, Ева снова задержалась у кровати.

— Забирайте тело и отправляйте в морг.

Выйдя из комнаты, Ева приказала одному из патрульных дежурить у двери и никого не пускать до прибытия «чистильщиков» и перевозки из морга.

Затем Ева не спеша осмотрела другие помещения на втором этаже. Хозяйская спальня была отделана в приглушенных, успокаивающих тонах. Двуспальная кровать с мягким изголовьем. На полу рядом с глубоким креслом — два небольших саквояжа. Их как будто уронили или бросили в спешке.

Очевидно, Макмастерс принес их сюда, решила Ева, а его жена тем временем пошла заглянуть к дочери. Закричала, завизжала, и Макмастерс, забыв о сумках, бросился в комнату дочери.

Ева обошла остальные помещения — два домашних кабинета, игровую с телевизором и развлекательным центром, еще две ванные и, как она предположила, спальню для гостей, — но не увидела никакого беспорядка. Все вещи стояли на своих местах. Похоже, никто сюда не заходил.

Спустившись вниз, Ева пометила маркером место, где лежали босоножки, и пошла к Пибоди.

— Как я понимаю, — начала Пибоди, — сигнализация и замки были отключены изнутри. Признаков взлома нет. Может, электронщики что-то найдут, но, похоже, замки снова включили опять-таки изнутри. И камеры отключены прямо на месте. Последний сохранившийся диск — за субботу, я его просмотрела на своем карманном. Видно, как девушка возвращается домой одна вскоре после восемнадцати часов. У нее в руках два пакета с покупками, оба фирменные, от «Подружек». Это дорогой бутик, специализируется на товарах для подростков и молодежи. На углу Пятой и Пятьдесят восьмой.

— Мы проверим, посмотрим, что она купила, была ли в магазине одна. Она договорилась встретиться с подружкой в субботу и вместе пройтись по магазинам. Я не нашла ее сотового и карманного, на домашнем телефоне нет никаких сообщений, кроме одного разговора с подружкой и двух с родителями, за последние двое суток. Я нашла восемь сумок: все пустые.

— На диске за субботу у нее белая плетеная сумка с длинным ремнем и серебряными пряжками.

— Я ничего похожего в ее спальне не нашла. Проверь общий стенной шкаф и кладовую. Они люди аккуратные. Может, у них есть какое-то специальное место для таких вещей? Она была в красных босоножках?

— Ты имеешь в виду те, что лежат в прихожей? Нет, на ней были синие кроссовки.

— Ясно.

— Даллас, есть еще кое-что. Техническое помещение. Вход был закодирован. Я и там не вижу следов взлома. Или это она отключила камеры, или дала ему код. Или он чертовски здорово навострился обходить коды.

— Да она б ему все что угодно дала, лишь бы он прекратил пытку. Но пусть эксперты проверят на взлом.

— На кухонном прилавке один стакан. Я его опечатала. Все остальное убрано, поэтому я насторожилась. И потом, я проверила записи на автоповаре. Она заказала две порции пиццы в восемнадцать тридцать вчера вечером. Одну вегетарианскую, одну с мясом. У нее был гость, Даллас.

— Да, у нее был гость. Я поговорю с Макмастерсом и его женой. «Чистильщики» будут с минуты на минуту. Займись этим, хорошо?

Сама Ева вернулась в гостиную. Анна Уитни сидела рядом с Кэрол Макмастерс, словно сторожевая собака. Джона Макмастерс сидел по другую сторону от жены и сжимал в ладонях ее руку. Уитни стоял, повернувшись ко всем спиной, и мрачно смотрел в окно.

Миссис Уитни первой подняла голову, и Ева на краткий миг увидела растерянность в ее холодном взгляде. В ее глазах читалось безысходное горе, и Ева различила в них мольбу:

«Помогите нам».

Макмастерс выпрямился, когда вошла Ева. Осанка у него была прямо военная.

— Простите, — извинилась Ева, — что приходится вас беспокоить в такую минуту. Понимаю, как вам тяжело.

— У вас есть дети? — едва слышно спросила Кэрол.

— Нет, мэм.

— Значит, вы не понимаете, не так ли? Как вы можете понять?

— Кэрол, — пробормотал Макмастерс с укоризной.

— Вы правы, — согласилась Ева и села на кушетку напротив. — Откуда мне знать? Но одно я знаю твердо, миссис Макмастерс: я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти человека, который сотворил это с вашей дочерью. Я позабочусь, чтобы было сделано все возможное. Я позабочусь о ней, я вам обещаю.

— Мы оставили ее одну, как вы не понимаете? Мы ее оставили.

— Вы ей дважды звонили. Убедились, что с ней все в порядке, что она в безопасности, — возразила Ева, хотя Анна Уитни уже порывалась что-то сказать сама. — Это моя работа — наблюдать и анализировать. И я вижу, что вы — заботливые, любящие родители. Вы не виноваты в том, что произошло. Я найду того, кто это сделал. А сейчас вы можете мне в этом помочь, если ответите на мои вопросы.

— Мы вернулись домой раньше намеченного времени. Хотели сделать ей сюрприз, все вместе пойти позавтракать в ресторан, а потом на дневной спектакль. Она так любила театр! Мы хотели сделать ей сюрприз.