Сейчас на лужайке около дома играли только Трент и Лиса. Девочка не выражала никакого беспокойства по поводу того, что осталась.

— Я отнесла корзину с едой на кухню, — сказала Дженни. — Надеюсь, мужчины справятся сами.

— Нет, спасибо, — сказал Кейдж. — Я сыт. Хотя, пожалуй, выпью пиво. Линк?

— Мне пора в аэропорт.

Сумки с новой одеждой и аппаратурой были уже собраны. Линк встал, готовый ехать. Он решил лететь до Далласа с пересадкой в Нью-Йорке, хотя ночью отправлялся прямой рейс. Керри случайно узнала об этом от Дженни. Сердце сжалась от боли, и ей чудом удалось взять себя в руки. Конечно, у Линка есть ее фотографии, но, скорее всего, через несколько недель он о ней и не вспомнит. Она станет лишь очередным приключением, одной из многих женщин в личном списке Линкольна О’Нила.

Сегодняшнюю ночь она проведет одна и будет плакать в подушку, зажав в руке платок, который он ей протянул, смочив водой из фляги.

— Может быть, есть еще время выпить пиво? — спросил Кейдж.

— Хорошо. Но только одну банку.

— Сейчас принесу. — Дженни встала. — Мне все равно надо в ванную.

Сделав несколько шагов, она стала приседать и схватилась за живот.

— О господи…

Кейдж вскочил и бросился на помощь.

— Что? Опять толкается?

— Нет.

— С желудком плохо? Я говорил тебе не есть так много в ресторане.

— Нет же. Это ребенок.

— Ребенок? — Кейдж захлопал глазами.

— Ребенок. Который просится наружу.

— О боже! Черт! Откуда ты знаешь? Тебе больно? Когда… — Он с подозрением посмотрел ей в глаза. — Ты уверена?

Дженни рассмеялась, поняв, что он опять подозревает, что таким образом она решила задержать Линка.

— Дорогой, я уверена.

— Но ведь еще три недели.

— С точки зрения врачей — возможно, но ребенок думает по-другому. Если ты не хочешь, чтобы твоя дочь родилась прямо здесь, поднимись наверх и принеси мою сумку. Она…

— bЯ знаю, где она. О боже, неужели началось? Дженни, сядь! — крикнул он, убегая в дом. — Позвонить в клинику? Что мне еще сделать?

— Прежде всего, успокойся. Потом принеси сумку. Керри позвонит врачу. Его номер рядом с телефоном на кухне, — добавила она, повернувшись к Керри. — Линк, прошу тебя, проследи за Трентом. Кажется, Лиса пытается засунуть ему в рот жука.

Дженни сидела в мягком удобном кресле и с хитрой улыбкой наблюдала, как все бросились врассыпную исполнять ее просьбы.

Кейдж забыл о хороших манерах и перешел на язык бурильщиков нефти. Трент уже готовился попробовать огромного жука, когда к нему подлетел Линк и выхватил его из рук мальчика.

Из всех троих Керри действовала быстрее всех, поэтому именно она катила Дженни на кресле к машине скорой помощи.

— Все будет хорошо. Я уверена, — улыбнулась ей подруга.

Поскольку Кейдж должен был присутствовать при родах, Керри и Линк остались ждать в коридоре. Им предстояло присматривать за детьми и ждать Флемингов, родителей Кейджа и новостей.

Вскоре в коридоре появился Кейдж.

— Как себя чувствует Дженни? — заволновалась Керри.

— Она такая красивая, — восхищенно ответил Кейдж. — Очень красивая.

Оставалось только поражаться тому, с какой любовью муж может относиться к жене. Керри повернулась к детям. Они сидели тихо и рассматривали картинки в книге, а потом заснули прямо на диване. Керри и Линк предлагали отвезти их домой, но Кейдж покачал головой.

Дженни хочет, чтобы Трент был здесь, когда родится ребенок. Чтобы он чувствовал себя частью этого события.

— удивительно, как они могут спать в таком шуме. — Керри поправила кудряшки Лисы.

— Да, — отозвался Линк. — Не нашлись приемные родители для Лисы?

Она отрицательно качнула головой:

— Ищут.

— Надеюсь, у властей не будет претензий к тебе.

Керри потерла руки, словно они замерзли, и поежилась.

— В любом случае ребенка не отправят обратно. — Она посмотрела на спящую Лису. — Пока ты не уехал, хочу поблагодарить за все, что ты для нас сделал.

Линк, как ей показалось, несколько раздраженно повел плечами.

— Нет, позволь мне отблагодарить тебя. Без тебя мы бы не справились. Да, чуть не забыла… — Она потянулась за сумкой и достала чек, подписанный вчера днем.

Линк посмотрел на протянутый чек, словно не понимал, что это, затем взял и пробежал глазами. Деньги были с ее личного счета, и подпись была красивая, с завитушкой в конце.

— Зачем ты это делаешь?

— Она не могла объяснить ему, что, возвращая ему долг, пытается поставить точку, чтобы скорее привыкнуть к чувству неизбежной завершенности их недолгого романа. До тех пор, пока она была обязана Линку, он казался частью ее жизни.