В результате произведенных перегруппировок на направлениях главных ударов (в полосах прорывов) было достигнуто решающее превосходство в силах и средствах над противником. Соотношение сил сторон на богушевском и оршанском направлениях показано в таблице 6.

* Танки и самоходные орудия эшелона развития прорыва в расчет не приняты.

Все общевойсковые армии наступали в первом оперативном эшелоне фронта. Второй эшелон составляли подвижные соединения, предназначенные для развития прорыва, достигнутого общевойсковыми соединениями.

Стрелковые корпуса в армиях были построены в одну линию. При этом в первых эшелонах корпусов наступало: в 39-й армии — пять дивизий, в 5-й армии — также пять дивизий, в 11-й гвардейской армии — четыре дивизии и укрепленный район, в 31-й армии — шесть дивизий. Во вторых эшелонах было соответственно: две, три, четыре и одна дивизия, а всего десять дивизий. Кроме того, командующий 5-й армией имел в своем резерве две дивизии, командующие 11-й гвардейской и 31-й армиями — по одной дивизии.

Боевой порядок большинства стрелковых дивизий был построен в один эшелон — все полки в линию. Участки прорыва, отведенные для каждой дивизии на ударном направлении, не превышали 1,5–2 км.

Такое построение позволяло нанести силами первого эшелона мощный и одновременный удар по обороне противника, а наличие сильных вторых эшелонов и резервов давало возможность быстро развить прорыв.

Предвидя, что большое количество подвижных соединений, приданных фронту, предъявит в ходе операции высокие требования к управлению, командование фронтом заблаговременно приняло меры, обеспечивавшие устойчивую связь с войсками.

К оперативному управлению штаба фронта было прикомандировано в качестве офицеров связи 15 офицеров из резерва. Для работы этой группы было выделено достаточное количество самолетов По-2 и автомашин.

Во все подвижные соединения были командированы ответственные представители с группой офицеров (два-три офицера из оперативного управления, офицер-разведчик, офицер-танкист и шифровальщик). Каждой группе придавалась радиостанция, поддерживавшая прямую связь со штабом фронта. Как показал опыт, эти радиостанции были основным каналом, по которому поддерживалась связь штаба фронта с подвижными соединениями в ходе операции.

Штаб фронта и штабы армий подготовились к быстрой передислокации и развертыванию, для чего были оборудованы подвижные узлы связи, состоявшие из нескольких автомашин, на которых были смонтированы центральные телефонные станции, аппаратные СТ-35, «Бодо» и пр. Для гибкости управления войсками и приближения руководства к армиям при командующем фронтом была создана оперативная группа (первый эшелон полевого управления фронта).

Для обеспечения управления при быстрых темпах наступления в корпусах и дивизиях было обращено внимание на подготовку радио и подвижных средств связи. Командиры корпусов и дивизий имели при себе радиостанции и могли лично по микрофону ставить задачи частям [11] .

За несколько дней до начала операции командующий фронтом, лично выехав в войска, проверил ход подготовки к наступлению и на месте дал указания по исправлению отмеченных им недочетов. В частности, командующему 11-й гвардейской армией было приказано всех командиров корпусов, дивизий и артиллеристов с 14 июня перевести на их наблюдательные пункты, откуда они и должны были руководить всей подготовкой, готовые принять подходившие войска. Артиллерию было приказано развернуть на тщательно замаскированных огневых позициях не далее 5 км от переднего края (включая и самые тяжелые системы), а все штабы подтянуть на расстояние, не превышающее протяжения фронта своего соединения или части.

Вся подготовка должна была быть закончена к 8 часам 21 июня. В этот день и 22 июня командующие армиями должны были произвести тщательную проверку.

Войска фронта получили из резерва Главного командования три артиллерийские дивизии прорыва, одну пушечную дивизию, одну дивизию гвардейских минометов и пять отдельных дивизионов особой и большой мощности. Общее количество артиллерии фронта (вместе с 82- и 120-мм минометами) достигало 5752 ствола. Кроме того, в гвардейских минометных частях насчитывалось до 680 установок. Обеспеченность боеприпасами в войсках составляла от 2,5 до 4 боекомплектов.