За бородачом прибыли три фургона и две пушки, влекомые лошадьми. Человек пятнадцать ландскнехтов. Рожи самые продувные. Несколько девок, детишки, гуси в клетках… Где же они у нас разместятся?

– Э-э… Здравствуйте, – выдавил я, пытаясь придать голосу хоть капельку радушия. – Вы у нас кто?

– Мы у вас Тифенбахский полк аркебузиров, – развязно сказал главный, одним прыжком взобрался на крыльцо и панибратски хлопнул меня по плечу тяжеленной ладонью. – Ты, дружок, не бойся. Мы люди тихие, мирные, мухи зазря не обидим.

Две девки у фургона в это время передрались.

– Пожрать найдется? – гудел мужик с мечом. Вредным он мне не показался, скорее простой, как угол стола. – Я – Альбрехт фон Цорн из Штутгарта. Это – мои парни. Мы к полку недавно пристали, раньше на вольных хлебах пробавлялись. Знаешь, как нас в Баварии прозвали? «Черная свора»!

И расхохотался, будто поразил меня невесть какой шуткой.

– Все ясно. Влипли по уши, – обреченно сказал Дастин. – Тридцатилетняя война. Зададут они нам жару… Тео, постоянно носи оружие с собой.

О Тридцатилетней войне я помнил мало, только из стандартного курса истории. Началась она вроде бы в 1618 году, закончилась знаменитым Вестфальским миром примерно в пятидесятых годах XVII века, основная причина – религиозная нетерпимость между католиками и протестантами. Еще я знал, что фактически это была «первая мировая война», в которую была вовлечена вся Европа и колонии, что привело к массовому голоду, эпидемиям и истреблению половины населения материка. Эпицентр конфликта плавно перемещался из страны в страну, порождая и после Вестфальского соглашения новые столкновения, зацепил даже Россию в виде Семилетней войны… В общем, воевали почти целый век.

Если человек чего-то не знает, он первым делом обращается к справочным материалам. Именно поэтому я оставил Дастина самостоятельно разбираться с новоприбывшими, поднялся на второй этаж, нашел коммуникатор и вызвал Навигатора.

Компьютер не сообщил ничего нового. Вывалил на меня кучу исторических, экономических и политических обоснований Тридцатилетней войны, перечислил какие-то имена, даты сражений, заодно добавив к этому список литературы и фильмов на указанную тему.

– Я тут кое-что придумал, – заметил в связи с тем Навигатор. – Если ты хочешь получать визуальную информацию, наведайся в Комплекс, найди приличный монитор на жидких кристаллах, затем установи его в Доме и подключи к коммуникационному устройству. Тогда я смогу транслировать на монитор необходимые файлы из базы данных.

– Вполне разумное предложение, – согласился я. – Пожалуй, так и сделаем. Что-то не нравятся мне нынешние гости. Если прежние являлись только ради обеда и выпивки, то эти уроды явно собираются зависнуть у нас надолго.

– Спустись вниз. – В голосе Навигатора вдруг зазвучали нотки обеспокоенности. – Кажется, они обижают мистера Роу.

– О, Господи!

Я вспомнил, что забыл свою винтовку под трактирной стойкой, а посему мгновенно извлек пистолет из кобуры, хлопнул дверью нашей с Дастином комнаты и кубарем скатился по лестнице в главную залу.

Стайка девиц жалась в уголке, бородачи-ландскнехты, окружив свободное пространство, громко и жизнерадостно ржали, видимо, наблюдая за дракой. Матерясь, я растолкал гостюшек локтями (никто не обиделся) и тотчас понял, что попал к самой кульминации спектакля. Наконец-то долгие тренировки Дастина себя оправдали. Мой напарник увлеченно возил одного из солдат Альбрехта фон Цорна мордой по дощатому полу, цедя сквозь зубы:

– Мистер, мама никогда вам не говорила, что воровать нехорошо?

«Мистер» извернулся, каким-то чудом вырвался из цепких рук Дастина, поднялся на ноги и попробовал было ударить напарника, но не тут-то было – Дастин впечатал ему кулачищем точно между глаз, незадачливый вояка воспарил, устремился к стене и сполз по ней на пол в состоянии бессознательном.

– Еще кто-нибудь желает? – нахмурив брови, рявкнул Дастин, обводя суровым взглядом наших волосатых постояльцев. – Тогда попрошу… Первое условие пребывания в моем доме: не воровать! Второе: с вещами обращаться аккуратно! Третье: если захотелось отлить – делать это не на крыльце, а в будке, которая стоит во дворе! Четвертое: к служанке не приставать! Пятое: драться опять же во дворе, а не крушить мебель!

Ландскнехты восхищенно внимали, а рыжий фон Цорн прямо-таки расплылся в одобряющей улыбке.

– Вот и я о том же, – прогудел герр Альбрехт. – Удивительное дело – первый раз в жизни вижу трактирщика, который умудрился повалить нашего забияку Густава! Уважения достойно! Так, парни, слышали, что сказал господин хозяин? Девку не забижать, вон своих полно. Столы не ломать и вообще… Ясно?

Напряжение спало. Фонцорновы красавчики то недовольно, то восторженно гудя, расселись, Брюнхильда под командованием Дастина принялась разносить кружки и тарелки с холодным мясом, а командир бесшабашной оравы поманил меня пальцем.