— Нет ли у вас еще каких-нибудь фотографий? — неожиданно спросила она, с напряжением сглотнув ком в горле, потому что он продолжал смотреть на нее с таким выражением, словно она была вином, а он — томимым жаждой путником.

Джейк тряхнул головой, будто избавляясь от наваждения.

— Когда мою мать поместили в лечебницу, я нанял человека прибраться в доме и сложить в коробки ее личные вещи, чтобы к ее возвращению они были в порядке.

Однако, к сожалению, в свой дом она уже не вернулась. Все вещи Флоры Уокер так и лежали на чердаке.

— У нее было много фотографий, — продолжал он, — но не знаю, есть ли среди них снимки дома.

— Вы согласны принять мою помощь? Я могу поискать их вместе с вами.

И снова эта женщина окажется в его доме, в пределах досягаемости его жадных рук. Но, предлагая свою помощь, она поступила великодушно, и он не станет вести себя вероломно. Следовало бы вызваться самому разыскать старые альбомы с фотографиями и материнские альбомы газетных вырезок, но Тесс смотрела на него снизу вверх, как ребенок, готовый приступить к заманчивой охоте за сокровищами, и он не мог ей отказать.

— Входите, — наконец пригласил он. — Давайте займемся поисками семейного архива Уокеров.

Солнечный свет проникал сквозь пыльное окно чердака, где Тесс стояла на коленях в паре футов от Джейка, вскрывавшего еще один ящик. Они уже просмотрели содержимое десяти и нашли только ветхую одежду и разные старинные безделушки. Несомненно, его матери нравились статуэтки.

Но в этом ящике были вещи другого рода. Маленькие. Легкие. Под слоем обветшавшей ткани лежало множество детских вещей. Скорее всего, детская одежда Джейка. Голубой плюшевый мишка с одним наполовину оторванным глазом, с проплешинами, свидетельствовавшими о том, что ребенок без памяти обожал своего зверя.

Тесс почувствовала, как при мысли о Джейке-малыше, крепко и нежно прижимающем к себе этого мишку, ее сердце сжалось. Это видение было слишком живым и чересчур… сокровенным.

А ребенок вырос и стал безрассудным тинейджером, пренебрегающим всякими правилами, с опасными наклонностями; Тесс сразу припомнила его руку на Кэсси и того дракона, который двигал мускулами под его кожей.

Тинейджер превратился в мужчину с глазами, которые слишком много видели, способного простейшим прикосновением заставить ее дрожать и слишком близко к ней сидящего в этом вдруг ставшем очень тесным помещении. В мужчину, опасного для любой женщины, как доказали события.

Тесс осторожно положила мишку обратно в ящик и медленно поднялась на ноги.

— Может быть, это идея была не такая уж удачная, — спокойно сказала она. — Меня слишком захватила мысль о том, что этот поиск — как бы подглядывание на историю в замочную скважину, но теперь…

— Теперь, Тесс, кажется, я правильно угадал и получаю первый приз, — прервал ее Джейк. Он протянул альбом для газетных вырезок с выцветшей и потертой обложкой в цветочках, с лопнувшим корешком и оборванными краями страниц. Кладезь семейной истории находился в их руках, а в улыбке Джейка впервые не было намека на сексуальный вызов. В этот раз изгиб его губ выражал напряжение и нерешительность. Тесс была почти уверена, что ему не хочется его открывать.

Ей припомнились отзывы о нем: что он был вызывающе дерзким подростком, ни во что не ставившим учителей. Это отнюдь не являлось признаком счастливого детства. Тесс вдруг пришла мысль, что их экскурс в историю, возможно, окажется больше чем ошибкой.

— Мы не должны его открывать, — просто сказала она.

— Она хранила его.

Тесс не была уверена, с кем именно разговаривает Джейк: с нею или же с собой.

— Ваша мать хранила множество вещей, — осторожно проговорила она.

— Да. Они должны были что-то означать для нее, все эти вещи, — медленно произнес Джейк. — Что бы она подумала, узнав, что я бросил их гнить в пустом доме?

— Женщина, с которой я встречалась, гордилась своим сыном. Она просто считала, что у вас — своя собственная жизнь.

— А у нее — своя, которая целиком сосредоточилась на этом доме и этих ящиках, — вздохнул он. — Посмотрите альбом, Тесс. Вы говорили, что она хорошо к вам относилась. Поэтому мне кажется, что ей бы захотелось поделиться с вами этими воспоминаниями.

Она не могла отказаться от его приглашения, потому что это было правдой; кроме того, что бы он там, в прошлом, ни натворил, в тот миг, когда ему впервые за много лет придется встретиться с этим прошлым лицом к лицу, рядом должна быть какая-нибудь живая душа.

Тесс осторожно опустилась на колени, протянула руку к фолианту, который все еще держал Джейк, и откинула тяжелую обложку.

Первые страницы были старые, с черно-белыми фотографиями. Разгар праздничного веселья — чей-то день рождения? — на лужайке перед домом; все декоративные деревянные части строения еще целы. Толпа детишек, позируя, стояла рядами, как маленькие солдатики, со старательными улыбками на рожицах, перемазанных пирожными.