– Дык, может, он алхимик?

– Ни в коем случае! – заверил Юсуп, хотя снова безбожно врал. – Алхимики, да будет вам известно, пытаются сделать из обычных металлов золото, а старик всего лишь изучает Солнце!

– Ну-у, раз так, – протянул Калаха.

– Вчетвером мы заплатим вам очень неплохую сумму! Хватит на много лет вперед!

– Вчетвером? – На задумчивом потном лице купца отразилось замешательство.

– Ну да. Я забыл упомянуть о моем младшем братце. Он немного слабоват на голову, зато очень сильный и сможет помогать вам в работе по дому!

– У меня и без того все делают работники!

– Тем более! В его лице вы найдете прекрасного смотрителя за крестьянами!

Калаха крепко задумался, теребя волоски на груди и в носу. Хоть на него и действовал гипноз, мозг турка все еще сопротивлялся. Впрочем, не так долго, чтобы терпение Юсупа иссякло.

– Назовите цену, – сдался Калаха.

– О! Она настолько огромна, что вы сможете купить себе всех девственниц Турции!

– У нас с недавних пор запрещено многоженство! – воскликнул Калаха, потом добавил чуть тише: – А дом для них?

– Обязательно! С двойным ограждением и рвом! Чтобы никто и никогда не догадался, кого вы там держите!

Столь заманчивое предложение окончательно сломило волю турка, и он согласно затряс безволосой головой:

– Я согласен, так уж и быть! Только уговор – не шуметь и не портить мебель!

Юсуп кивнул и соврал за сегодняшний день еще раз.

Шуметь-то как раз они и собирались!

На базаре, в отличие от остального города, было людно, несмотря на жару и безветрие.

Люди толпились около прилавков, тыкались друг в друга, ругались и делали множество покупок. Правда, если присмотреться, продавцов было гораздо больше, чем покупателей. Кому охота высовываться в такой зной на улицу? Разве что если сильно приспичит!

Торгующих арбузами Юсуп заметил сразу, стоило ему протиснуться из ряда, где продавали всевозможные ткани, в ягодный ряд. Кроме Алаиды и Ильнура, арбузы не продавал никто. Кисли на жаре клубника и вишня, ничуть не меньше кисли и их хозяева, которые стояли только для того, чтобы заработать себе на ужин. Какой-то русич громко призывал всех купить непонятный корнеплод с труднопроизносимым названием «топинамбур». Вокруг него-то и собралась основная толпа покупателей.

Дементий, сидя за арбузами в тени небольшого деревца, чудом здесь выросшего, хриплым голосом расхваливал арбузы. Турок с тонкими усиками неподалеку с недовольным видом полировал ногти. Это было любимое занятие Алаиды. Ильнур же, преобразившись в иноземца с густой бородой, мирно дрых в одной из телег, скрестив руки на пузе. Его мудрый взгляд скрывался под опущенными веками, и из уст никаких умных речей, кроме храпа, не доносилось.

– Явился, черт безрогий! – поприветствовала Алаида, пряча полировальный инструмент в мешок, с которым предпочитала не расставаться и всегда носила при себе наподобие заплечной сумки. – Сколько тебя ждать-то можно?

Юсуп молча огляделся, принюхиваясь. Пахло фруктами, потом и зноем. Нелюдей поблизости не было. Странно все это. С самого начала пути ни одного упыря. Затаились все они, что ли? Выжидают? Или готовятся к чему-то?

– Чего молчишь? – вопросила Алаида, оттопырив верхнюю губу с тонкими усиками. – Мы уже половину арбузов продали, дожидаясь твоего появления!

– Ага! Представляешь, мне один дядька рупь целковый подарил! – влез в разговор Дементий, потряхивая зажатой в пальцах монеткой. – Сказал, что у меня… этот… как его… отличный голос! Мне бы с концентратами выступать!

– С чем? – встрепенулся Ильнур. Видимо, непонятное слово вызывало у него не слишком приятные воспоминания. – Молодой человек, не надо выражаться в моем обществе! А! Юсуп! Ты вернулся! Так скоро?

– Еще бы, дрых, старый лапоть, без задних ног, а мы тут отдувались, – проворчала Алаида.

– Все в порядке. С жильем договорился, осталось только переехать!

Подошедший мужичок в сюртуке купил сразу два арбуза и, довольный, удалился, держа их под мышками.

Дементий просто сиял от счастья.

– Можа у меня призвание такое – арбузами торговать? – вопросил он, подкидывая и ловя монетку. – А еще знаете что? Мне тут один мужичок посоветовал к магу местному обратиться! Он, грит, все, што хошь про любого человека расскажет! Только денех много берет.

– И что нам с твоего колдуна? – спросила Алаида. – Ты бы лучше телеги собирал. Ехать надо. Дел еще невпроворот, а мы тут на солнце печемся, аки верблюды какие!

– Это верно! – подхватил Ильнур, который, по-видимому, вспомнил, что хотел искупаться в бане. Опершись об арбузы руками, он неловко спрыгнул с телеги на землю и стал собирать тряпье, валявшееся вокруг.

– Купец твой не сильно возражал против того, что мы к нему погостить приедем?

– Нет, не сильно. Только тебе, пожалуй, придется обитать некоторое время на чердаке, а Алаиде в подвале.

– Я?! – вспылила Алаида, и личина турка внезапно побагровела. – Меня?! И в подвал?! Да там же пыльно, грязно, пауки всякие, множество паразитов… в конце концов, он там может держать свою убитую жену! Я о таком слышала! Один человек держал в подвале убитую тещу, а она потом вдруг ожила и съела его вместе со штанами!