Шрифт:
Гном запыхтел вдвое сильнее, старательно выполняя мой приказ, и некоторое время мы двигались молча, пока Тикса вновь не нарушил молчание:
— Я виноват… тот птица пугать, шурды услышать, и теперь Лени не видеть… я виноват.
— Нет, — качнул я головой. — Ты просто оказался первым, кто спугнул птицу из кустарника. Стоит этой пичуге услышать шум поблизости, как она взлетает и начинает трещать, словно оглашенная. Такая уж у нее натура подлая. На тебе нет вины. Да и Лени не ослеп. Не отвлекайся на болтовню, береги дыхание.
— Хорошо! — повеселевшим голосом отозвался гном.
Еще через пол-лиги мы добрались до излучины и, скрытые ее изгибом, беспрепятственно пересекли покрытую толстым льдом Асдору, оказавшись на противоположном берегу. Не давая времени на передышку, я повел отряд дальше, направляясь к виднеющимся впереди холмам. Я стремился убраться с открытого пространства как можно быстрее.
Еще через час пути, когда холмы уже приблизились и казалось, что вот-вот мы до них доберемся, далеко позади раздался протяжный рев рога, доносящийся с того места, где мы приняли бой.
Шурды обнаружили уничтоженный патруль и подняли тревогу.
Теперь все будет зависеть только от скорости нашего движения и от удачи.
Проклятье… если бы не медлительная волокуша с беспомощным раненым и вязнущий в снегу гном, то мы могли бы попытаться оторваться от преследования…
— Еще быстрее! — проревел я, ускоряя шаг. — Быстрее! К холмам что есть силы!
Снова послышался отрывистый звук рога, затем без паузы еще раз и еще раз. Тройной сигнал… Знать бы еще, что он означает.
Напрягая все силы, мы шагали вперед на пределе наших возможностей. И каждый раз, когда я оглядывался назад, то боялся увидеть идущих по нашим следам жаждущих крови шурдов.
Глава пятая
СХВАТКА
— Шу-урды! — Пронзительный вопль заставил меня резко обернуться и взглянуть назад.
Погоню увидел Лени. Почти слепой, с набухшей кровью повязкой на лице, он приподнялся на волокуше и с криком протягивал руку назад. Там, далеко за нашими спинами, на белоснежном снегу Асдоры появилось два небольших темных пятна, стремительно приближающихся к нам. Так стремительно, что это могло означать лишь одно — по нашему следу пустили темных сгархов. Два огромных зверя с всадниками на спинах, опустив массивные головы ко льду, прыжками неслись вперед. От них не уйти.
Нас настигала сама смерть.
Со стоном Лени почти наощупь ухватился за рукоять лежащего рядом топора и кулем вывалился из волокуши на снег, испачкав его девственную белизну своей кровью. Заворочался и медленно поднялся на ноги, опираясь на топор.
— Уходите, господин. — Лени был страшен. Исполосованное лицо едва прикрыто сползшими бинтами, не скрывающими зияющую пустотой глазницу. — Уходите все. Я задержу их.
— Нет! Я не уходить! Сражаться вместе! — крикнул Тикса, срывая с пояса молоток. — Не уходить!
— Никто не уйдет, — хрипло бросил я. — Бессмысленно. От сгархов не оторваться и не спрятаться.
— Уходите, господин, — упрямо повторил покачивающийся Лени. — Хотя бы вы. Мы задержим их, насколько возможно. Мы выиграем вам время…
— Нет! — отрезал я и взял с волокуши сверток со своим двуручным мечом. Против сгархов короткие мечи бесполезны. — Мы дадим этим тварям бой! Ниргалы! Приготовить оружие! В первую очередь сшибайте наездников!
— Да! Мы дать им бой! Такой бой, что они никогда не забыть! — кивнул Тикса, исподлобья смотря на приближающихся сгархов.
Преследователи уже увидели нас и заметно ускорились. Один из наездников поднес ко рту изогнутый рог и издал протяжный рев. Подает сигнал и направление движения для отставших шурдов. Как будто двух сгархов недостаточно, чтобы разделаться с несколькими смертельно уставшими воинами.
Трусливые твари…
— Не дайте им с ходу смять нас! А они постараются это сделать! — Я отдавал приказы, хотя сам не верил в их действенность, сгархи слишком быстры. — Ниргалы, стреляйте по готовности!
Те словно ждали моего приказа. Разом подняв оружие, ниргалы спустили тетивы, и навстречу сгархам со свистом умчалось два арбалетных болта. Обычно ниргалы били без промаха, но попасть в наездника, прижавшегося к спине неровно скачущего сгарха, было крайне трудной задачей. Оба выстрела пропали зря. Ушли в никуда. А сгархи не стояли на месте, приближаясь с каждым мигом.
— Еще! — крикнул я, срывая с меча покрывающие его шкуры. — Сосредоточьте огонь на левом сгархе!
Следующий сдвоенный выстрел оказался более удачным. Один из болтов по касательной прошел по морде зверя и завяз в бедре наездника. Шурд заверещал, наклонившись в сторону и хватаясь за простреленное бедро. Это его спасло — пущенный Шрамом болт вместо груди вонзился гоблину в левое плечо, и, захлебнувшись криком, тот откинулся назад, чудом не свалившись со спины сгарха.