— Что происходит?

Дэвид с детьми сидел за кухонным столом, венчая его своим присутствием. Молли сидела слева от него, Том — справа. Стол был непривычно пуст — только спустя некоторое время я сообразила, что на нем отсутствует давно поселившийся там хлам: почтовые конверты, старые газеты, пластмассовые куколки из пакетов с детскими хлопьями. Очевидно, порядок был наведен с целью создания атмосферы, соответствующей какому-то важному разговору.

— Он забрал у меня компьютер, — заявил Том.

Том редко плакал, его вообще было непросто довести до слез, но сейчас глаза у него блестели не то от праведного гнева, не то от обиды — трудно сказать, чего там было больше.

— Теперь мы должны пользоваться одним компьютером на двоих, — подключилась Молли, чья способность пускать слезы никогда не подвергалась сомнению. — Почему я должна с ним делиться? — Взгляд у нее был такой, словно она только что получила известие о гибели всех своих близких в автокатастрофе.

— Два компьютера нам не нужны, — объявил Дэвид. — Два — это лишнее. Два — это… не то чтобы совсем скверно, избыточно, но это проявление алчности. Тем более дети никогда не сидят за ними одновременно. Так что один компьютер все равно всегда простаивает.

— И поэтому ты решил забрать у них этот «простаивающий» компьютер. Даже не посоветовавшись. Ни с ними, ни со мной.

— Мне показалось, что подобное совещание будет пустой тратой времени.

— То есть ты заранее знал, что дети тебя не поддержат?

— Они еще не понимают, что это делается для их же блага.

Между прочим, Дэвид сам был инициатором этой идеи — подарить детям на Рождество по компьютеру. А я как раз считала, что им будет достаточно и одного на двоих. Причем вовсе не потому, что была одержима скопидомством, а потому, что знала: они будут торчать за ними целый день. И потом, мне не нравилась сама идея с двумя огромными коробками под елкой — чисто эстетически. Отнюдь не чувствуя себя образцовой матерью, я с отвращением наблюдала, как ошалевшие от восторга дети набросились на эти коробки, забросав пенопластом и мятой бумагой все свободное пространство в доме. Тогда Дэвид, заметив выражение моего лица, шепнул мне на ухо, что я типичный постный либерал, лишенный радостей жизни и отвергающий саму мысль о том, что дети — это наше все, а сами мы, стало быть, ничто. И вот не прошло и полгода, как он сам же над детьми и надругался, обидел их в самых лучших чувствах, отняв то, что они по праву считали своим. А я при этом по-прежнему, оказывается, выступаю на стороне темных сил.

— Куда ты дел компьютер?

— Отвез в женский приют в Кентиш-Таун. Я прочитал о нем в газете. Там у детей вообще нет никаких игрушек.

Сказать мне было нечего. Запуганные несчастные дети запуганных несчастных матерей — у них нет ничего, а у нас есть все. Мы отдаем им самую малость, делимся крошкой своего благосостояния, не так ли, Дэвид? Ведь у нас остается еще так много. Чего же, спрашивается, злиться?

— А почему мы с ними должны делиться? Почему не правительство? — спросил Том.

— Правительство не может платить за все и за всех, — сказал Дэвид. — За что-то приходится платить нам самим.

— Так мы и заплатили, — возразил Том. — Мы же сами заплатили за эти компьютеры, которые вы для нас купили.

— Я имею в виду, — продолжил поучение Дэвид, — что если мы не будем заботиться о тех, кто беднее нас, то не вправе ожидать, что правительство станет заботиться о нас, да и обо всех прочих. Мы должны первые проявить инициативу и сделать то, что считаем правильным.

— А вот я не думаю, что мы поступаем правильно, — заметил Том.

— Отчего же?

— Оттого, что это мой компьютер.

Дэвид одарил его блаженной улыбкой.

— Ну, допустим, они бедные — а мы-то тут при чем? Просто им не повезло, — вступила в разговор Молли, обиженная ничуть не меньше Тома.

Я не смогла удержаться от хохота. «Просто вам не повезло» — фраза, недавно сказанная Дэвидом по поводу вопроса детей, отчего у них до сих пор нет ни «Dreamcast», [19] ни майки «Арсенала», ни еще чего-то такого, что давно есть в школе у каждого.

— Этим детишкам вообще не повезло в жизни, — объяснил Дэвид со спокойствием новорожденного ангела. — Их папы били мам, и тем пришлось сбежать из дому и прятаться. Поэтому все игрушки они оставили дома… А вот вам повезло. Неужели вы не хотите помочь им?

— Немного можно, — прокряхтел Том. — Но не отдавать же им компьютер.

— А давайте сходим посмотрим на них, — предложил Дэвид. — Вы сами сможете сказать им это. Скажете, что вы готовы помочь им — но только немного, а потом попросите отдать компьютер.