– А вот тебе! – тихо прошептал Ванька и злорадно показал двери кулак.

– Егор Васильевич! – не выдержал я. – Это вас тетя Аня заперла и ключи унесла.

– Коржик, это ты?

– Да, Егор Васильевич, это я.

– Живо сходи за ключами!

Побежал я к тете Ане, а ее нигде нет. Я туда сюда. Нет ее нигде, как сквозь землю провалилась. Вдруг я увидел на гвозде в учительской раздевалке ключи, которыми она подвал закрыла. Схватил я их и побежал к подвалу.

– Я ключи принес! – радостно оповестил я Егора Васильевича.

– Так открывай быстрее!

Стал я ключ в замок вставлять, а он не вставляется. Я другой, та же история. Всю связку перебрал.

Ванька все это время смотрел на меня с укоризной. Как будто я что-то нехорошее делаю. Потом выхватил у меня ключи и, усмехнувшись, сказал:

– Эх ты! Ничего не можешь толком сделать. Смотри, как надо!

Он ловко вставил ключ в скважину, быстро повернул его и вынул замок из ушек. Дверь подвала открылась, и оттуда вышел Егор Васильевич. Увидел он Ваньку с ключами и погрозил ему пальцем:

– Это ты, нехороший мальчик, меня запер? Это очень злая шутка. Хотел меня здесь ночевать оставить? Без воды и пищи? А ну признавайся?

– Нет, Егор Васильевич, – вмешался я. – Это не он. Это тетя Аня вас заперла. Мы ей говорили, что вы в подвале, а она все равно заперла и ушла. И ничего слушать не стала. И ее нет нигде. Я ключи случайно нашел, а Ваня замок открыл.

– Ладно, ладно, я вот у тети Ани спрошу, – сказал Егор Васильевич. Он явно нам не верил. Особенно Ваньке.

У тети Ани учитель, по-видимому, спрашивать ничего не стал.

Однако мне кажется, что с тех пор Егор Васильевич с подозрением смотрит на Ваньку. А Ванька с не меньшим подозрением смотрит на Егора Васильевича. Потому что он до конца так и не поверил, что учитель ботаники трубы в подвале проверял.

Как-то раз, в конце мая сидели мы на турниках, болтали ногами и мирно разговаривали. Вдруг в наш двор въехал огромный КАМАЗ с коричневым кузовом, как у самосвала. В кузове что-то лежало, но что, разглядеть было нельзя, потому что он был закрыт брезентом. Грузовик заехал прямо на траву, всю ее перемял, передавил, остановился посреди двора и стал чадить черным вонючим дымом.

– Вот умник! – возмутился поведением водителя грузовика Ванька. – Эдак он нам весь двор перепортит. Газон изуродовал, кусты поломал. Где мы играть будем?

– Действительно! – поддержал его Лешка. – Если так каждый грузовик к нам будет заезжать, что от двора останется?

– Может, он по делу приехал, – предположил Антон. – Говорят, рядом с нашим домом стройка будет.

– Стройка? – Ванька даже присвистнул. – Тогда держись, пацаны. Больше житья нам не будет. Все здесь разломают, разроют, и будем не один год грязь месить и слушать, как стройка грохочет. Прощай наш чудесный двор!

– Здесь дом вряд ли поместится, – усомнился Лешка. – Ему места не хватит.

– Если одноподъездный, то поместится, – объяснил я.

В это время водитель самосвала, невысокий и сильно загорелый дядька, выпрыгнул из кабины и стал ходить вокруг машины с задумчивым видом. В нашу сторону он даже не посмотрел, хотя мы от него шагах в пяти были. Знай себе, подбородок свой небритый скребет и живот чешет.

– Чего он ходит? – нарочно громко проворчал Ванька.

– Наверно думает, зачем он траву всю помял и кусты поломал, – тоже громко, но все же тише Ваньки сказал Антон.

– Ага, – усмехнулся Лешка. – Держи карман шире. Плевал он на траву и на кусты.

– Вот они взрослые! – опять возмутился Ванька. – Нас на уроках учат, что природу беречь надо, что в городе надо себя прилично вести. А сами что вытворяют? Какой они нам пример подают?

– Плохой, – сказал я.

– Вот именно, – согласился Лешка.

В этот момент, словно в подтверждение наших слов, шофер громко и смачно плюнул в траву, по-прежнему не обращая на нас внимания.

– Что я говорил! – обрадовался Ванька и тоже плюнул.

– А как сейчас взрослые матом ругаются, – горько вздохнул Антон. – Просто невозможно по улицам ходить.

– Во-во, – согласился Ванька, – а попробуй мы что-нибудь такое скажи? Блин!

– А чего это он в кузов лезет? – спросил Лешка.

Водитель быстро и ловко взобрался в кузов и стал возиться с брезентом. Мы даже встали во весь рост, чтобы было лучше видно. Дядька некоторое время разбирался со шнурами, которыми брезент был прикреплен к кузову, потом развязал их и стал брезент сворачивать, как мы с Лешкой ковер, когда его на улицу выбивать собираемся вынести. Мы так шеи и вытянули, стараясь разглядеть, что же там за груз под брезентом.