– Все готово. Я подгоню машину к двери. Потом отвезу вас в Женеву и верну машину в гараж.

Он осторожно открыл деревянную дверь, защищавшую дверь стеклянную, прислушался и бесшумно выбежал на дорогу. Адель снова прикрыла дверь, но не стала запирать на задвижку. Она вернулась в комнату, долгим нерешительным взглядом посмотрела на Селию, и потом, к удивлению девушки – потому что она уже простилась с последней надеждой, – ее нерешительность сменилась жалостью. Она пробежала через комнату и опустилась возле Селии. Быстро, лихорадочно развязала веревку, связывающую ноги в коленях.

Сначала Селия отпрянула от нее, ожидая новой жестокой выходки, но услышала, как Адель говорит ей на ухо – и говорит с жалостью:

– Я не могу этого вынести. Ты так молода, нельзя тебя убивать.

Слезы градом покатились по лицу Селии, она смотрела на нее жалостливо и умоляюще.

– Ради бога, не смотри на меня так, дитя! – Адель мигом развязала ей ноги. – Стоять можешь?

Селия с благодарностью кивнула. Значит, она не умрет? Кажется, не умрет. Этого не может быть. Но прежде чем она встала, послышалось рычание мотора, и машина медленно подкатила к вилле.

– Тихо! – сказала Адель и загородила собой Селию.

Ветермил открыл деревянную дверь. Сердце чуть не выпрыгнуло у Селии из груди.

– Я пойду открою ворота. Ты готова? – шепотом спросил Ветермил.

– Да.

Ветермил исчез, оставив дверь открытой. Адель помогла Селии встать. Ее качнуло, но потом она твердо встала на ноги.

– Беги! Беги, дитя, спасайся! – прошептала Адель.

Селия даже не думала, сможет ли бежать и как ей скрыться от преследования Ветермила. Некогда было попросить, чтобы ей развязали руки или рот, – у нее было всего несколько секунд. Она спрячется в саду. Селия бросилась через комнату, перепрыгнула порог, наступила на юбку и упала прямо в руки Гарри Ветермила.

В самом салоне погас свет. Из двери вышла Адель, через ее руку был перекинут плащ Селии.

– А вот и мы! – засмеялся Ветермил. – Ворота я уже открыл.

И Селия вдруг обвисла в его руках.

– Она в обмороке, – сказал Ветермил. – Сотри грязь с ее туфель и со своих тоже, тщательно. Пусть думают, что машину не выводили из гаража.

Адель послушно нагнулась. Ветермил открыл дверцу машины и бросил Селию на сиденье. Адель села напротив. Ветермил осторожно ступил на землю и носком ботинка разровнял траву над отпечатками своих ног и Адели, оставив только следы туфель Селии. Ветермил нагнулся к окну.

– Она оставила на земле четкие следы, – прошептал он. – Утром у них не будет сомнений, что она ушла по доброй воле.

Он сел на водительское место, и машина тихо тронулась. Выехав за ворота, она остановилась на дороге.

Адель высунула голову из окна:

– В чем дело?

Ветермил показал на верхний этаж виллы. Он не выключил свет в комнате Элен.

– Возвращаться нельзя, – яростно зашипела Адель. – Нет, хватит! Я не вернусь.

Ветермил нажал на педаль, машина рванула с места и помчалась по белеющей дороге, пожирая милю за милей. Они сделали свою первую ошибку.

Когда Селия очнулась, они были почти у Аннеси. Но ее сознание еще не совсем прояснилось. Она понимала только, что находится в машине, едущей с большой скоростью. Она лежала, вдыхая свежий воздух, потом пошевелилась, и с этим движением вернулась память и боль. Руки все еще были связаны за спиной – веревка жгла, как раскаленная проволока. Однако рот и ноги были свободны. Она дернулась вперед, но Адель, сидящая напротив, процедила сквозь зубы:

– Тихо! У меня в руке фляжка. Закричишь или попытаешься бежать – плесну тебе в лицо купоросом.

Селия содрогнулась.

– Не буду, не буду, – жалобно прошептала она.

Эта кошмарная ночь сломила ее. Она откинулась на спину и лежала, молча обливаясь слезами. Машина промчалась по Аннеси. Селии не верилось, что всего шесть часов назад они с мадам Довре здесь обедали; с ними была женщина, которая сейчас сидит напротив, ее тюремщица. Мадам Довре лежит мертвая в маленьком салоне, а сама Селия… она не осмеливалась думать о том, что ее ждет впереди. Ее будут убеждать – они употребили это слово – рассказать то, чего она не знает. В любом случае в Эксе ее имя станет известно как имя убийцы – убийцы той женщины, которая была к ней так добра.

Машина вдруг остановилась. Горели фонари, слышались голоса. Какой-то мужчина разговаривал с Гарри Ветермилом. Селия попыталась выскочить, но, увидев над собой фляжку в руке Адели, в ужасе упала обратно, и машина покатила дальше в темноту. Адель облегченно вздохнула. Опасную точку они миновали. Они проехали Понт-де-Кале и теперь были в Швейцарии.

Через некоторое время машина замедлила ход. Рядом с ними послышался скрип колес, фырканье – по краю дороги трусила лошадь, запряженная в закрытое ландо. Машина затормозила. Извозчик тоже остановил лошадь. Ветермил выскочил из машины, открыл дверь ландо, потом просунул голову в окно машины: