Главнокомандующий стоял перед фараоном с поникшим взглядом. Он не мог понять: зачем нужна такая бессмысленная жестокость.

– Что ты поник, Парисий?- поинтересовался Исхат шестой.- Не грусти. Сражение мы уже выиграли. Сейчас будем наслаждаться фейерверком. Зрелище будет грандиозное. Вот увидишь. Выполняй мой приказ.

И главнокомандующий отправился исполнять волю фараона.

Через некоторое время на Дамас летели сотни бочек с зажженными фитилями. Падая в городе, они разбивались и вытекающая из них жидкость воспламенялась. Потушить её было практически невозможно. Горело всё: дома жителей, хозяйские постройки, царский дворец и даже земля. Через несколько часов, Дамас превратился в пылающий факел. Огонь доставал до самого неба, освещая кровавым заревом окрестности на многие мили вокруг. Казалось ещё немного, и даже звёзды вспыхнут от всепожирающего пламени.

Выбегающие из города люди, тут же были убиты, расположенными вокруг Дамаса египетскими воинами.

Исхат шестой сидел в кресле на вершине холма и с благодушной улыбкой наблюдал за душераздирающим зрелищем. Рядом с ним стоял Анусий и с наслаждением пил вино из золотого кубка.

К утру от Дамаса остались лишь догорающие уголья. Вокруг городских стен лежали тысячи убитых мирных жителей и сирийских воинов, которые пытались спастись от безжалостного огня. Царь Андрагон погиб в городе, когда вместе с другими тушил пожары.

Исхат шестой отдыхал у себя в шатре, когда ему доложил начальник его личной охраны Наир, что прибыл гонец из Александрии со срочным посланием.

– Пропустите его,- разрешил фараон.

Вошедший Герес приблизился к Исхату, стал перед ним на одно колено и протянул ему папирус.

– Ты кто такой?- спросил фараон, разворачивая послание.

– Я Герес,- доложил воин,- стражник из личной охраны Главного жреца.

– Ну, и как себя чувствует наш Великий служитель Богов?- с иронией в голосе поинтересовался Исхат, начиная читать манускрипт.

– Он умер, Солнцеподобный фараон,- сказал Герес.

– Как умер? От чего умер?- удивился Исхат, прекратив чтение.

– Его укусила змея, когда он был в долине Священных Захоронений.

– Вот видишь как, получается,- ехидно проговорил фараон,- он обещал мне, что уговорит Богов, чтобы они помогали нам. А даже не смог их уговорить, чтобы они ему самому помогли. Наверное, Боги его не очень любили. А вот я здесь и без помощи Богов победу одержал.

Стоявший рядом Анусий засмеялся.

– Ну, ладно,- рассуждал фараон, продолжив чтение послания,- он него всё равно толку было мало. Я говорил ему...

После этих слов Исхат шестой замолчал, лицо у него исказилось от гнева.

– Ах, она распутница,- прокричал фараон.- Ах, она потаскуха. Пока муж занимается государственными делами, она расшатывает мой трон. Похотливая девка. Ну, я ей покажу.

Поражённый Анусий бросился к Исхату, пытаясь его успокоить:

– Тебе нельзя так волноваться. Успокойся. Что там ещё случилось?

– Эта царица Изида,- с трудом подбирая нужные слова, говорил фараон,- замарала супружескую честь царицы Египта. Она с кем-то там снюхалась. Пока я здесь своей жизнью рискую ради блага всего государства, она умудрилась забеременеть.

– Вот видишь,- назидательным тоном произнёс Анусий,- я всегда говорил, что женщины - все развратницы и предательницы.

– Да, ты как всегда был прав,- согласился с ним Исхат.- Я так заботился о ней, а она неблагодарная... Ну, ничего, я восстановлю порядок в своём дворце. Я каленым железом выжгу в нём разврат и измену. Сегодня же возвращаемся в Александрию. Наир, приготовь отряд кенийцев, они будут сопровождать меня.

Палящее яркое солнце добралось до середины неба и зависло над землёй, остановив на мгновение, безудержно уходящее вперед время. Наступил полдень.

Чёрная тень от парящего в вышине грифа ползла по мёртвому городу. Птица сделала ещё два круга над руинами Дамаса и опустилась на одну из самых высоких башен крепостной стены. В тот момент, когда когтистые лапы грифа коснулись каменного пола, птица, изменив свой облик, превратилась в человека в чёрном длинном плаще. На вид ему было лет тридцать. Правильные черты лица, чёрные длинные волосы, нос с горбинкой, плотно сжатые губы, глаза цвета неба, атлетическое сложение тела, говоря одной фразой - эталон мужской красоты. Очевидно, что он мог понравиться любой женщине. Но данное прекрасное творенье, к сожалению, не было создано для того, чтобы приносить радость и наслаждение. Ангел Смерти Дезар стоял на вершине башни и осматривал развалины некогда величественного города. Тысячи изуродованных мёртвых человеческих тел, лежащих повсюду, явно доставляли ему удовольствие. Дезар улыбался. В его глазах поблескивали весёлые огоньки рубинового цвета.

– Да, натворил дел этот Исхат шестой,- размышлял Ангел Смерти.- Есть на что посмотреть. Приятно глазу. Он бы мог с успехом служить у меня помощником. Сразу видно, что этот человек понимает толк в прелести смерти.

В это время его внимание привлёк отряд всадников и роскошные носилки фараона, которые удалялись в юго-западном направлении от Дамаса.

– Похоже на то, что Исхат шестой собрался домой,- догадался Дезар.- Интересно, почему это он так заторопился? Даже бросил своё любимое занятие - войну. Что же могло послужить причиной такого решения? Хотя, какая разница. Меня это не касается. А вот то, что он намеревается вернуться в Египет - это уже относится непосредственно к моим прямым обязанностям. Повелитель Далюс поставил на него печать смерти, и умереть он должен сразу, как только возвратится в Египет. Так что мне есть чем заняться. Полечу за ним. Здесь ошибиться нельзя. Сам Князь тьмы на него поставил печать смерти с особым условием. Надо выполнить всё в точности. А то повелитель... Ну, убить он меня, конечно, не убьёт так, как убить меня невозможно, я сам - смерть. Но то, что придумает для меня какую-нибудь пакость и страдание - так это точно. Он на такие штуки большой мастер. А всё же жаль, что Далюс приказал погубить этого Исхата. Я бы от этого фараона ещё очень много пользы смог бы поиметь. Очень полезный человек для моего дела, очень.