Шрифт:
Она ответила без запинки:
— Всем сердцем.
Потому что в это верил Гови — чего мне более чем достаточно.
— И вы помните, что в файлах?
— Точные цифры и названия банков, которые они использовали, наверное, нет, но многое другое помню.
— Тогда он вам поверит. Он вам поверит и без второй распечатки.
5
Бренда положила распечатку файлов из папки «ВЕЙДЕР» в конверт из плотной бумаги. На лицевой стороне написала «ДЖУЛИИ ШАМУЭЙ». Оставила конверт на кухонном столе, пошла в кабинет Гови и убрала компьютер в сейф. Последний оказался маловат, и «Мак» влез в него только по диагонали. Закончила она тем, что дважды, а не один раз повернула наборный диск, выполняя рекомендации усопшего мужа. В этот самый момент погас свет. Бренду охватил какой-то животный страх: второй поворот диска вырубил электричество.
Потом она поняла, что сдох генератор: закончился пропан.
6
Когда Младший вернулся домой во вторник утром, в пять минут седьмого, с щетиной на бледных щеках и торчащими во все стороны волосами, Большой Джим сидел за кухонным столом в белом банном халате размером с грот клипера. Он пил колу.
Младший указал на банку:
— Хороший день начинается с хорошего завтрака.
Большой Джим отсалютовал ему банкой, глотнул колы, поставил банку на стол.
— Кофе нет. Точнее, кофе есть, но нет электричества. Пропан закончился. Если хочешь, возьми банку и себе. Они еще холодные, и кола, судя по твоему виду, тебе не повредит.
Младший открыл холодильник, заглянул в его темное нутро:
— Я должен поверить, что ты не можешь обеспечить собственный дом сжиженным газом?
Большой Джим вздрогнул, но тут же расслабился. Логичный вопрос, не означающий, будто Младшему что-то известно. Нечестивый бежит, когда никто не гонится за ним, [120] напомнил себе Большой Джим.
120
Книга Притчей Соломоновых. 28:1.
— Скажем так, на данный момент это политически неправильно.
— Ну-ну.
Младший закрыл холодильник и сел по другую сторону стола. Смотрел на отца с легким удивлением (которое тот истолковал как привязанность).
Семья, где убивают вместе, не разваливается, подумал Младший. По крайней мере какое-то время. Пока…
— Политически, — повторил он.
Большой Джим кивнул, изучающе глядя на сына, который, помимо банки колы, прихватил из холодильника копченую колбаску «Биг джерк». Он не спросил: «Где ты был?» Он не спросил: «Что с тобой происходит?», хотя утренний свет, вливающийся через окна на кухню, однозначно показывал, что у Младшего какие-то нелады со здоровьем. Но вопрос задал:
— Там трупы. Несколько. Это так?
— Да. — Младший откусил большой кусок колбаски и запил колой. Без урчания холодильника и бульканья «Мистера Кофе» на кухне царила необычная тишина.
— И все эти трупы можно будет подложить под дверь мистера Барбары?
— Да, все. — Еще кусок колбаски, исчезнувший во рту. Еще один глоток. Младший пристально смотрел на отца, потирая левый висок.
— Сможешь ты случайно найти их около полудня?
— Нет проблем.
— И само собой, улики, свидетельствующие против нашего мистера Барбары.
— Да. — Младший улыбнулся. — Это весомые улики.
— Сегодня утром, сын, в полицейский участок не приходи.
— Мне лучше прийти. Если не приду, это покажется странным. Кроме того, я не устал. Спал с… — Младший покачал головой. — Я спал, на том и остановимся.
Большой Джим не спросил: «С кем ты спал?» Ему и так хватало забот, чтобы еще и волноваться о том, с кем спит его сын. Слава Богу, Младшего не было среди тех, кто занимался этим делом с той отвратительной шлюхой в трейлере на Моттон-роуд. Заниматься этим делом с такими девками — верный способ подцепить что-нибудь и заболеть.
Он уже болен, прозвучал голос в голове Большого Джима. Возможно, затихающий голос жены. Достаточно взглянуть на него.
Голос, вероятно, говорил правду, но в это утро Большого Джима занимали более серьезные проблемы, чем самочувствие сына.
— Я не говорю — ложись спать. Я хочу, чтобы ты поездил по городу и сделал для меня одну работенку. Просто при этом держись подальше от «Мира еды». Я думаю, там будет заварушка.
Глаза Младшего вспыхнули.
— Какая заварушка?
Большой Джим ушел от прямого ответа:
— Ты сможешь найти Сэма Вердро?
— Конечно. Сейчас он в своей маленькой лачуге на Год-Крик-роуд. Обычно утром он отсыпается, но сегодня, наверное, бьется в судорогах. — Младший засмеялся, представив себе эту картину, потом скривился от боли и вновь принялся потирать висок. — Ты действительно думаешь, что именно мне следует с ним поговорить? В настоящий момент я у него не в фаворе. Наверное, он даже удалил меня со своей страницы в «Фейсбуке».