И принцесса, и бесцветный господин явно вздохнули с облегчением.

Принцесса сказала:

– Да, конечно. Мне кажется, мы уже встречались в Ингарии два года назад, хотя и мимолетно.

– Кто же этот второй мальчуган? – радушно поинтересовался король.

– Сяфи моя тетуська, – сладеньким голоском прошепелявил маленький мальчик, поднял ангельское личико и устремил на короля взгляд огромных голубых глаз.

Миссис Пендрагон, судя по всему, пришла в ярость.

– Приятно познакомиться, – сказал король. – Как же вас зовут, мой юный друг?

– Сьветик, – пролепетал мальчик, с показной скромностью склонив кудрявую белокурую голову.

– Возьми оладью, Светик, – сердечно предложил король и протянул ему блюдо.

– Сьпаси-ибо, – проникновенно сказал Светик и взял оладью.

На это Морган властно простер толстую руку и загудел:

– Дай, дай, дай!

И голосил, пока король не дал оладью и ему. Миссис Пендрагон усадила Моргана поесть на диван. Сим огляделся и предусмотрительно принес со столика скатерть. Скатерть моментально пропиталась маслом. Морган наградил улыбкой Сима, принцессу, фрейлину и советника – лицо у него все лоснилось.

– Овадуфка! – провозгласил он. – Кууфная овадуфка!

За всем этим Чармейн не сразу, но заметила, что миссис Пендрагон изловчилась запереть малютку Светика за диваном, на котором сидела. И волей-неволей услышала, как миссис Пендрагон свирепо спрашивает:

– Хоул, что ты затеял?

Миссис Пендрагон была в таком бешенстве, что Потеряшка вспрыгнула Чармейн на колени и укрылась там.

– Меня зябыли приглясить, – ответил сладенький голосок Светика. – Вот глупость. Сяфи, ты сяма здесь не разберефься. Тебе нузен я.

– Еще чего! – возразила Софи. – Неужели обязательно так пришепетывать?

– Дя, обязятельно, – ответил Светик.

– Тьфу! – сказала Софи. – Не смешно, Хоул. А ты притащил сюда Моргана…

– Я зе тебе говорю, – перебил ее Светик, – сь тех пор, как ты уехала, Морган посьтоянно плачет. Не верись мне – сьпроси Кальцифера!

– Кальцифер ничем не лучше тебя! – с чувством выдохнула Софи. – Не сомневаюсь, что вы даже не пытались его успокоить! Правда? Искали предлог, чтобы устроить бедной принцессе Хильде этот… этот маскарад!

– Сяфи, она без нась пропадет, – серьезно прошепелявил Светик.

Этот разговор прямо-таки заворожил Чармейн, но тут, к несчастью, Морган огляделся в поисках матери и увидел Потеряшку, трепетавшую на коленях у Чармейн. Он оглушительно завопил: «Гав-гава!» – сполз с дивана, потянув за собой скатерть, и бросился на Потеряшку, выставив вперед обе масляные пятерни. Потеряшка в ужасе вспрыгнула на спинку дивана, встала там и затявкала. И она тявкала и тявкала – как несчастный больной в приступе лающего кашля, только еще и с подвизгиванием. Чармейн была вынуждена схватить Потеряшку и оттащить ее подальше от Моргана, поэтому странный разговор за диваном доносился до нее только обрывками, – кажется, миссис Пендрагон грозилась отправить Светика спать без ужина, а Светик дерзко отвечал: «Только попробуй, я тебе показю!»

Когда Потеряшка успокоилась, Светик с тоской произнес:

– Неузели я сявсем не хоросенький?

Послышался странный глухой удар – словно миссис Пендрагон настолько забыла о приличиях, что топнула ногой.

– Еще какой, – услышала Чармейн ее ответ. – Хорошенький до омерзения!

– Что ж, – заметила принцесса Хильда со своего места у камина, глядя, как Чармейн пятится от Моргана, – когда в доме дети, и вправду не соскучишься. Сим, дайте Моргану пышку, и поскорее.

Морган тут же сменил курс и побежал навстречу Симу и пышкам. Чармейн услышала, как у нее потрескивают волосы. Она обернулась и обнаружила, что над плечом у нее завис огненный демон и смотрит на нее пылающими оранжевыми глазами.

– Ты кто? – спросил демон.

Сердце у Чармейн слегка подпрыгнуло, хотя Потеряшка сохраняла полнейшее спокойствие. Если бы я недавно не повстречалась с лаббоком, подумала Чармейн, я бы крепко испугалась этого Кальцифера.

– Я… э-э… я тут временно, помогаю разбирать библиотеку, – выдавила она.

– Значит, после поговорим, – протрещал Кальцифер. – А ты знаешь, что от тебя так и разит волшебством? И от тебя, и от твоей собаки.

– Это не моя собака. Ее хозяин – один чародей, – ответила Чармейн.

– Тот чародей Норланд, который устроил этот бедлам? – поинтересовался Кальцифер.

– Не думаю, чтобы дедушка Вильям устраивал бедлам, – обиделась Чармейн. – Он хороший!

– Совал нос всюду, куда не следует, – отозвался Кальцифер. – Чтобы устроить бедлам, не обязательно быть плохим. Возьми, к примеру, Моргана. – И упорхнул.

Своеобразная манера исчезать в одном месте и появляться в другом, подумала Чармейн, – будто стрекоза над озером.

К Чармейн подошел король, с довольным видом вытирая руки большой крахмальной салфеткой.