Я вышел из транса и отправил малышку к Викане, а сам уцепился за подпругу ближайшей лошади и зашагал, погрузившись в растрепанные мысли, от которых пухла голова. В моей башке царил абсолютный бедлам, и требовалось срочно привести новые сведения к общему знаменателю и хотя бы рассортировать.

«Что мы имеем в сухом остатке? — начал я анализировать произошедшие чудеса. — То, что боги снизошли до Ингара и призвали его на доклад, оставим для наружного употребления. За время моего пребывания на Геоне никаких материальных доказательств Божественного провидения я не наблюдал. Все чудеса имели под собой конкретную природную основу, в том числе и геонская магия.

Сегодняшний полет под небесами тоже имел много странностей. Если отбросить всякую метафизику и руководствоваться знаниями, полученными на Земле, то чудеса сразу теряли божественный окрас и поддавались инженерному анализу. Не знаю почему, но мой разум изо всех сил сопротивлялся объяснению событий божественным воздействием. Я чувствовал, что если пойду по этой дорожке, то в скором времени совсем потеряю последнюю опору для своей и так потрепанной психики, а затем сойду с ума.

Луч света, спустившийся с небес, как только наши с Лаурой ауры слились в одно целое, очень походил на создание информационного канала, направленного со спутника, вращающегося на орбите вокруг Геона. Допустим, что поисковый спутник засек источник сигнала, отвечающего требуемым параметрам, и в тот момент, когда был превышен определенный энергетический порог, сработала заложенная программа, которая устроила нашим астральным телам красочное путешествие к аварийному порталу и затем в другой мир, в который нас призывали вернуться.

Если судить по театральным эффектам и напыщенному слогу послания, то программа являлась аварийной и была предназначена для поиска оставшихся в живых особей, имеющих определенную энергетическую структуру и мощность ауры. Эти особи могли после катастрофы сильно одичать и не понять призыва, поданного на языке науки, а религия вечна и не требует объяснений от своих последователей. Если судить по древности развалин на Геоне, то этот гипотетический спутник болтался на орбите бог знает сколько веков, дожидаясь сигнала. Викана мне талдычила, что в моих жилах течет кровь древних, возможно, и Лаура — моя тысячеюродная родственница по крови».

Чем дальше я продвигался в своих умозаключениях, тем меньше оставалось в них божественного, но к разгадке тайны эти рассуждения не приблизили меня ни на шаг. Однако по первости подобная гипотеза имела под собой вполне реальнее основание, чтобы быть взятой за основу, и поэтому Игоря Столярова в будущем ждала дальняя дорога на остров Форос к аварийному порталу, на который мы с Первым наткнулись во время своих путешествий по подземельям Шателье. Но эти планы приходилось отложить на будущее, пока мы не укрепимся в долине Нордрассила и не сумеем построить новый дельтаплан.

Следующие три дня после полета к порталу прошли относительно спокойно, за исключением одного недоразумения. Я постоянно сверял путь каравана по силовым линиям в небе Геона, хотя полностью доверял Тузику, но, как говорится, доверяй, но проверяй. По моим расчетам, мы уже должны были сверуть с лесной дороги в сторону озера, где начинался туннель в долину Нордрассила, через который мы с Первым и Тузиком выбрались в прошлый раз. Я допросил с пристрастием своего лохматого друга по этому поводу, но Тузик с помощью зрительных образов разъяснил, что после нашего ухода этот туннель был заблокирован Старым Вожаком и наш караван идет к другому туннелю, через который из долины вытекает река. Эта дорога намного длиннее, но проход позволяет провести караван вместе с лошадьми и припасами. Мысленные образы не одно и то же, что и человеческая речь, из-за чего нам с Тузиком не всегда удавалось достичь полного взаимопонимания. Поэтому я не до конца понял, как открывается вход в туннель, но решил довериться Тузику, в голову которого вложил информацию Старый Вожак.

После уточнения маршрута особых препятствий караван на своем пути не встретил, и мы продвигались к намеченной цели с максимально возможной скоростью. Мне удалось полностью залечить рану Тузика, и малхус, заняв свое место в головном дозоре каравана, с утроенной энергией нарезал круги по джунглям в поисках наиболее удобного маршрута. Я же подчинился уговорам испугавшейся за меня жены и шел рядом с нею в середине каравана, чтобы она смогла прийти в себя после полученного стресса. Мнимая безопасность расслабляла расшатанные нервы, да и подумать в спокойной обстановке было необходимо.

Очередной серьезной проблемой стал мой разговор с Лаэром. «Приносящий смерть», вернувшись из арьергарда для того, чтобы доложить обстановку, сразу попал в объятия гвельфийской части каравана, где ему бог весть чего нагородили по поводу моего отбытия к богам. Лаэр прожил на свете значительно больше всех идущих в караване, да и образование у него было, по геонским понятиям, выше высшего. Отбрехаться, как в случае с Дартом, здесь явно не получится, и я решил просто напустить побольше тумана, сославшись на секретность.

— Ингар, мне тут доложили о чудесах, которые произошли во время моего отсутствия, я в шоке! Может быть, расскажешь, что здесь произошло, а то, если верить тому, что мне наплели, то можно рехнуться.

— Лаэр, я даже не знаю, как и начать, — попытался я уйти от прямого разговора.

— А ты говори как есть, меня уже ничто не удивит, если это связано с тобой.

— Я был на докладе у своего начальства, которое потребовало отчета за происходящее на Геоне, — выдал я первоначальную версию, адаптированную под Лаэра.