– Да ладно, Антон, не утешай меня, так никогда не будет, – безнадежно махнул рукой Дзюба.

– Будет, – твердо проговорил Сташис. – Я тебе обещаю. Только нужно очень много усердия и терпения. А также толстокожесть и умение не слышать того, что тебя обижает. Это трудно, Ромка, это дико трудно. Но если ты это сумеешь, то равных тебе в сыске не будет.

Оказывается, еще есть такие ребята, как Роман Дзюба. Оказывается, не все молодые парни в его возрасте трясутся в диких плясках по ночным клубам или заливаются пивом и водкой. Но такие, как Ромка, – огромная редкость. Как же сделать так, чтобы он не сломался и не свернул с пути? Была бы возможность, он, Антон Сташис, с огромным удовольствием поработал бы с ним.

Услышав по телефону голос Маргариты Михайловны, Ленар страшно обрадовался. Если в начале, сразу после знакомства, его постоянно, чуть не каждый день приглашали в гости, то теперь это случалось все реже, и он начал подозревать, что его отстраняют. И Кирган тоже не горит желанием делиться информацией, отвечает на вопросы коротко, немногословно, только твердит, что работает и надеется на успех. Еще Антон какой-то появился, с которым они все носятся как с писаной торбой. Ну естественно, разве этим зажравшимся москвичам нужен приезжий парень, от которого все равно никакого толку?

Маргарита Михайловна пригласила к девяти вечера, сказала, что придут адвокат и этот Антон. Ленар не мог дождаться назначенного времени и, доставив последний заказ – огромную неудобную коробку с бытовой техникой, – рванул по знакомому адресу, хотя часы показывали только половину восьмого. Он долго стоял перед тамбурной дверью, нажимая кнопку звонка, пока ему не открыл Борис Леонидович.

– Ленар? – удивился он. – Неужели уже девять? Эк я заработался!

Ленар смутился. Вот дурак! Человек занят, у него дела, он назначает прийти в девять, а ты приперся на полтора часа раньше и только мешаешь.

– Я пораньше, – виновато забормотал он, – у меня доставка была здесь неподалеку, вот я и… А что, Маргариты Михайловны нет? Я слишком рано, да?

– Марго занимается, – строго и со значением проговорил Борис Леонидович. – Ей нельзя мешать. Пойдем ко мне, я закончу работу, а ты посидишь почитаешь.

Ленар устроился в комнате с книгой, но читать не стал. Ноги гудели от бесконечных переходов и переездов по городу, руки болели от тяжестей, которые приходилось таскать. Вот бы ему устроиться в крупный интернет-магазин, где есть собственная курьерская служба! Ребята рассказывали, что в таких конторах за каждым курьером закрепляют определенную территорию, где он осуществляет доставку, и есть возможность, во-первых, хорошо изучить все адреса, дома, улицы и закоулки и не блуждать часами в поисках нужного здания, а во-вторых, меньше уставать, потому что не нужно делать такие большие концы. Но пока что Ленар Габитов работает в маленькой компании, где всего три курьера и ни одной машины, вот и приходится развозить заказы на своих двоих по всему городу и даже в область.

Ему показалось, что кто-то вошел в прихожую. Он выглянул из комнаты и действительно увидел Маргариту Михайловну.

– Ты прямо с работы? – Она быстро, но внимательно ощупала глазами его лицо, словно пытаясь взглядом определить, насколько он исхудал. – Голодный? Пойдем, я тебя накормлю. Сейчас подойдет Антон, а Виталий будет чуть позже, он задерживается.

У себя на кухне Маргарита Михайловна поставила перед Ленаром большую глубокую тарелку куриной лапши, ароматной и дымящейся. Он накинулся на еду, и ему оставалось только съесть кусок куриной ножки, когда появился Антон, которому немедленно была предложена такая же большая порция. Антон поблагодарил и вежливо отказался, попросил только кофе. Марго сварила ему кофе, а Ленару подала второе блюдо – разжаренные на сковороде ломтики отварного картофеля и колбасы, залитые яйцом. Дома у Ленара, в Казани, так никогда не готовили, да и у тети Динары такого не ели. Он с сомнением посмотрел в тарелку, но все-таки стал есть, потому что был очень голоден. Оказалось довольно вкусно. Марго между тем разговаривала с Антоном о чем-то понятном только им двоим, Ленару даже обидно сделалось: как будто его здесь нет.

– Антон, а как дела у вашей знакомой, которая получила наследство? – спросила Марго. – Вы с ней общаетесь?

– Да ну ее, – Антон с досадой махнул рукой. – Я ей твержу без конца, что это подозрительные, нечестные деньги и нельзя ими пользоваться, а она меня будто не слышит. Я уж и про Катю Аверкину ей рассказал, а ей все по барабану. Никогда не думал, что у нее такой менталитет, а ведь знаю ее с третьего класса. Обидно понимать, что человек, которого ты считал умным и нормальным, на самом деле глуп и жаден.

– Ну что ж, Конфуций по этому поводу сказал очень умную вещь. «Не говорить с человеком, с которым можно говорить, – значит, потерять человека; говорить с человеком, с которым нельзя говорить, – значит, потерять слова. Умный человек не теряет человека и не теряет слов».

– Выходит, я не умный человек, – констатировал Антон, – раз теряю слова, пытаясь в чем-то убедить Галку, а у меня ничего не выходит. Но ведь есть опасность, что говорить с ней все-таки можно, и если я от нее отвернусь окончательно, то потеряю человека, а значит, опять не буду умным. И где выход, Маргарита Михайловна?

– Не бояться оказаться глупым, – рассмеялась она. – Не бояться совершить ошибку, потому что ошибку всегда можно исправить. Кстати, тот же Конфуций учил, что настоящая ошибка та, которую ты не исправил. А если исправил, значит, ошибка таковой не считается. Так что не бойтесь, Антон.

Когда Ленар поел, они перешли в гостиную, через пять минут к ним присоединился Борис Леонидович, а еще через четверть часа приехал адвокат. Разговор был сконцентрирован на одном: каким может оказаться человек, который нанял Ларису Скляр, и как его отыскать. Заказчик для приобретения телефонных сим-карт оба раза воспользовался подставными людьми, но общался с ними напрямую, хотя мог бы вставить и еще одно промежуточное звено. Это свидетельствует либо о его скупости и жадности, либо о том, что он считает себя достаточно ловким и умелым, а милиционеров – тупыми. Он, вероятнее всего, и с Ларисой действовал напрямую. Но это не факт.