Девятого. Шифровка Ленина Орджоникидзе для Кавказского бюро ЦК (в немногочисленном Кавбюро с первого дня вместе с Серго и Кировым Нариманов):

«…Настоятельно требую создать областной хозяйственный орган для всего Закавказья… постараться купить хоть за границей семян и двинуть орошение в Азербайджане при помощи ресурсов Баку, чтобы развить земледелие и скотоводство…» [107] .

Май. В Москву отправляется вновь назначенный представитель Азербайджана при правительстве РСФСР Алигейдар Ширвани. Он доставит письмо Нариманова. «Дорогой Владимир Ильич. Я хотел бы вкратце коснуться вопроса объединения всех Закавказских республик…»

Нариманов обращается за поддержкой. Он безгранично верит: опора этой веры и в беседах «обо всем» при встречах в Москве, и в переписке после возвращения Нариманова в Баку, — в Ленине воплощается настоящее и будущее революции, Азербайджана, Востока. Не далее как шестнадцатого мая на пленуме ЦК Компартии Азербайджана он, Нариманов, говорит:

«Владимир Ильич передал через Мясникова Закавказью заповедь: внимательно относиться к тому, чем живет и дышит основная, т. е. крестьянская масса. Вопрос крестьянский здесь помножен на вопрос национальный. Беда, если пролетариат и крестьянство начинают говорить на разных языках. Вдвойне беда, если разные политические языки совпадают с разными национальными языками. Тогда выдвигается опасность — опасность вавилонского столпотворения. Национальный вопрос в Закавказье есть вопрос величайшей важности, и невнимание к нему было бы гибелью и для партии и для Советской власти».

После победы большевиков, после Октября бакинского, эриванского, тифлисского, федеративный государственный союз равноправных республик — средство перехода от разрозненности, а то и враждебности, к мирному сожительству кавказских народов. Средство самое надежное, самое лучшее. Неделю назад на Всеазербайджанском съезде Советов Нариманову пришлось рассказать делегатам не притчу — досадную быль:

— По договору с Советской Россией здесь, на Кавказе, внешняя торговля должна была быть в наших руках. Но в последнее время, когда возникли другие Советские республики — Армянская и Грузинская — и стало возможным получать через Батум товары из-за границы, по преимуществу из Константинополя, сложилось уродливое положение. Представитель стесненной в деньгах Армении предлагает купцу за его товар миллион рублей. Подходит работник Азербайджана, он богаче — у его республики нефть, икра, шелк. Говорит купцу: «Тот человек предложил тебе миллион, я даю три миллиона, отдай товар мне». Купцу желательно получить побольше, он отказывает Армении, продает Азербайджану. То же самое проделывали грузинские товарищи. Нужно было что-то предпринять. Мы создали единый Закавказский центр внешней торговли, чтобы он выступал от имени всех республик, одинаково заботился об Азербайджане, Армении, Грузии. Вчера получили извещение о том, что к Батуму подходят пароходы, везут товары. Мы кое-как обеспечим рабочих, беднейшее крестьянство, служащих.

После первоначальных успехов — объединение железных дорог от моря Каспийского до моря Черного, от побережья в Армению; учреждение общего центра внешней торговли — следуют недостойные дела. В том же Батуме втайне сданы в аренду фирме «Стандард ойл» нефтяные резервуары и причалы нефтяной гавани. Намечено открытие отделения англо-французского Оттоманского банка в Тифлисе. Продолжают существовать пограничные между тремя республиками кордоны с заградительными отрядами, таможенные перегородки. Нет согласия перейти на единые денежные знаки. А тем временем в Париже беглые «правительства» мусаватистов, меньшевиков, дашнакцаканов сколотили на вспомоществование Антанты «Кавказский Центральный Комитет объединенного восстания»…

Третьего ноября в Баку в пользу заключения «федеративного союза между республиками, прежде всего в области военной, хозяйственной и финансовой работы и иностранной политики» высказываются Кавбюро ЦК РКП (б) и Центральные Комитеты компартий Азербайджана, Армении, Грузии. «Политическое объединение даст возможность республикам на деле установить между собой тесный хозяйственный союз, попытки к заключению которого делались неоднократно. Послужит прочной гарантией от всяких покушений на них со стороны контрреволюционных сил и укрепит Советскую власть на рубежах Востока».

В Азербайджане протестуют слывущие архилевыми Р. Ахундов и М. Гусейнов. Перечеркивая собственные пылкие речи на тему: «Нариманов неоправданно осторожен, пристрастно уступчив в национальном вопросе», они шлют доклады в Москву о «преждевременности федерации». Она допустима по прошествии многих лет, когда-нибудь… В Грузии весьма неразборчивые в союзниках и средствах политической борьбы «будисты». Так острые на язык жители Тифлиса называют воинствующих национал-уклонистов, возглавляемых Буду Мдивани.

Ленин вносит предложение — оно принято Политбюро на исходе ноября: «1) Признать федерацию закавказских республик принципиально абсолютно правильной и безусловно подлежащей осуществлению… 2) предложить Центральным комитетам Грузии, Армении и Азербайджана (через Кавбюро) поставить вопрос о федерации пошире на обсуждение партии и рабочих и крестьянских масс,энергично вести пропаганду за федерацию и провестиее через съезды Советов каждой республики…» [108] .

В этом году большего уже не успеть. Новый — девятьсот двадцать второй все прежние споры, доводы за и против федерации круто обрывает. Всем Советским республикам, теперь их девять — от Невы и Днепра до Тихого океана, от горной гряды Большого Кавказа до обжигающих песков Хорезма и зеленого разлива лесов Белоруссии — приходится держать фронт еще неизведанный, дипломатический. Одной общей делегацией на международной (двадцать восемь буржуазных стран, с доминионами Великобритании тридцать три) экономической конференции в Генуе надо отстаивать поставленные цели: борьба за всеобщий мир и добросовестное экономическое сотрудничество, деловые торговые отношения независимо от политической системы партнеров. По определению Владимира Ильича: «…ни на что не выгодное для нас не пойдем. Ультиматумам не подчинимся» [109] .