Уэс, Джон Боулинг и Стюарт смотрели в гостиной телевизор. Все трое зашлись хохотом, когда в бак с «Гаторейд» ударила антенна и напитком залило оператора. Претцели уничтожались с такой скоростью, будто ужина не предвиделось. Все так уютно и по-домашнему. Дэнс невольно улыбнулась. Проверила список звонков — нет, Майкл не звонил. Жаль.

Когда накрывали стол на Веранде, прибыли остальные гости: Мартин Кристенсен и ее муж, Стивен Кегил, в сопровождении девятилетних близняшек. К радости Уэса и Мэгги, гости привезли длинношерстного щенка бриара по кличке Райе.

Супруги тепло приветствовали Иди Дэнс, постаравшись не упоминать ни крестов, ни ареста самой Иди.

— Привет, подруга. — Длинноволосая Мартин подмигнула Дэнс и вручила ей жутко калорийный с виду шоколадный торт.

Дэнс и Мартин — лучшие подруги. Мартин задалась целью вернуть Дэнс к жизни, выдернув ее из привязчивой вдовьей летаргии. Словно из синтетического мира — в реальный.

Дэнс обняла Стивена, и тот быстренько исчез внутри дома — побежал к мужикам. (При этом сандалии шлепали его по пяткам, а «конский хвост» — по спине.)

Пока взрослые потягивали вино, дети устроили на заднем дворе импровизированное дог-шоу: Райе отрабатывал трюки, в буквальном смысле нарезая круги вокруг Пэтси и Дилана, перепрыгивая через скамейки и прочая, прочая. Мартин похвасталась, дескать, Райе у них настоящая звезда, пример послушания и прилежания на занятиях по аджилити.

Мэгги тут же заявила, что хочет отдать на дрессировку Пэтси и Дилана.

— Потом поговорим, — ответила Дэнс.

Вскоре зажгли свечи, раздали свитера, и гости с хозяевами расселись за столом; еда исходила паром на вечерней прохладе ложной монтерейской осени. Пили вино и живо болтали. Уэс шепотом рассказывал близнецам анекдоты, и девятилетки хихикали — не над шутками, а скорее над самим Уэсом.

Мартин сказала что-то смешное Иди, и та рассмеялась.

Впервые за два дня Дэнс ощутила, как тает вокруг нее мгла.

Тревис Бригэм, Гамильтон Ройс, Джеймс Чилтон… и черный рыцарь Роберт Харпер покинули ее мысли, и стало казаться, будто жизнь еще наладится сама собой.

Джон Боулинг, хоть и видел друзей и родню Дэнс впервые, здорово вписался в компанию. Они со Стивеном — программистом — нашли общие темы, да и Уэс периодически встревал в разговор взрослых дядь.

Каждый за столом старался не спрашивать о делах Иди, поэтому главным вопросом стала политика и текущие события. Дэнс удивилась, когда заговорили на темы, которые поднимал в блоге Чилтон: строительство опреснительного завода и нового шоссе.

Стив, Мартин и Иди высказались железно против завода.

— Я вас понимаю, — произнесла Дэнс. — Но все мы здесь живем давно. — Взгляд в сторону родителей. — Вам засухи не надоели?

Мартин откровенно сомневалась, что завод принесет пользу.

— Воду станут продавать в богатые города Аризоны и Невады. Владелец наварится на миллиарды, а нам ни капли не перепадет.

После перешли к шоссе. Мнения снова разделились.

— Я бы сильно помогла КБР и шерифу, если бы пришлось расследовать дела к северу от Салинаса. Хотя перерасход средств — проблема серьезная.

— Перерасход? — спросил Стюарт.

Удивительно, однако никто Дэнс не понял. Пришлось объяснять, что Чилтон у себя в блоге написал о возможных должностных злоупотреблениях при строительстве шоссе.

— Ничего подобного не слышала, — сказала Мартин. — Увлеклась темой крестов и пропустила этот момент… Ничего, наверстаю. — Из всех друзей Дэнс Мартин больше других увлекалась политикой. — Прочту пост заново.

После ужина Дэнс попросила Мэгги сыграть что-нибудь на синтезаторе.

Все переместились в гостиную; разлили еще вина. Боулинг уселся в глубокое кресло, где к нему присоединился Райе. Мартин рассмеялась: Райе был чуть больше ноутбука, но профессор не возражал — позволил щенку остаться у себя на коленях.

Мэгги принесла синтезатор и с выражением пианиста, дающего сольный концерт, исполнила четыре произведения из уроков третьего уровня для «Судзуки»: простую подборку из Моцарта, Бетховена и Клементи. Ноты она почти не путала.

Все горячо аплодировали, а после приступили к торту, кофе и новым порциям вина.

Наконец в половине девятого Стив и Мартин сказали, что близнецам пора в кровать, и направились с детьми к выходу. Мэгги вовсю составляла планы, как пристроить Пэтси и Дилана в школу, где дрессируют Райе.

Иди едва заметно улыбнулась.

— И нам пора. День выдался долгий.

— Мам, останься еще ненадолго. Выпей вина.

— Нет-нет, я устала, Кэти. Идем, Стю. Домой пора.

Мать смущенно обняла дочь, и светлого настроения как не бывало.

— Позвоните мне.