Слыша, что охранник настигает его, Бэленджер летел дальше, но резко остановился, увидев Ортегу, поднимавшегося ему навстречу.

— Я видел ее! — воскликнул Франк. — Карен Бейли! Она здесь, в этом здании!

Охранник наконец-то нагнал Бэленджера и заявил:

— Сэр, попрошу вас покинуть библиотеку.

— Он со мной. — Ортега показал значок.

— Я видел ее у входа в читальный зал, — сообщил Франк. — В том же самом синем платье. Волосы собраны. А потом она убежала.

— Мне навстречу не попадался никто, кому подошло бы это описание. — Ортега повернулся к охраннику. — Сообщите службе безопасности, чтобы срочно перекрыли все выходы. Соблюдайте осторожность. Она может быть опасна. — Он вынул сотовый телефон. — Сейчас вызову подкрепление.

Бэленджер и Ортега сбежали по ступенькам. Детектив на ходу отдавал распоряжения по телефону, потом сердито взглянул на Бэленджера и заявил:

— Надо же такое придумать — скрыться в толпе! Оставить меня одного разговаривать с пожарными! Может, мне арестовать вас за создание помех расследованию?

— У меня не было другого выбора. Я же сказал вам, что времени нет. Я не мог ждать.

— А мне пришлось врать, говорить, что вы были вынуждены обратиться к врачу.

— Большое спасибо. Надеюсь, когда-нибудь мне удастся…

— Вы поставили меня в чертовски дурацкое положение. Не стоит играть в такие игры с человеком, который искренне старается вам помочь.

— Мне кажется, что именно это и происходит. Игра.

— О чем это вы?

— Карен Бейли оставляет для меня лист бумаги в театре, но, чтобы прочитать то, что там написано, я должен сначала отыскать это место. Штамп на листе приводит меня в этот отдел библиотеки, где я должен пройти еще одно испытание и выяснить, из какой именно книги взят этот абзац. Оказалось, что он из «Собаки Баскервилей». Когда я получил книгу, то нашел возле данного текста еще один штамп.

— Какой?

— Слова «Склеп мирских страстей».

— Что они значат?

— Кажется, от меня ждут, чтобы я выяснил, что это такое. Из этой библиотеки книги на дом не выдают, потому она знает наверняка, что я нашел это послание на полях. Меня шаг за шагом ведут по какой-то игре. Болото, о котором говорится в тексте, находится в Дартмуре, это Англия. Я посмотрел в Google и узнал о поисковой игре, которую там изобрели полтора века назад. Эта забава с почтовыми ящиками очень похожа на то, чем меня вынуждают заняться сейчас. Одно спрятанное послание, ведущее к следующему. Все эти почтовые ящики имеют немалое сходство с капсулами времени. Очевидная взаимосвязь.

— Но зачем кому-то этим заниматься? У вас есть враги? Кто-нибудь ненавидит вас настолько, чтобы устроить всю эту историю?

— Я уже говорил вам, что единственный известный мне человек, имеющий такой извращенный ум, мертв. — Бэленджер вдруг растерянно умолк, потом произнес: — Капсулы времени!

— Вам приходилось иметь с ними дело?

— Еще ребенком я нашел такую в школе, которую уже начали сносить. Местные газеты подняли вокруг этого большой шум. Моя фотография была на первой полосе. На ней я стоял, держа в руках металлическую коробку.

— Вы хотите сказать, что кто-то не пожалел сил и времени на то, чтобы глубоко порыться в вашем прошлом — до самого детства? Ради того, чтобы найти приманку, которая могла бы заставить вас пойти в тот дом на лекцию? — Ортега прищурился, вокруг его глаз побежали морщинки.

— На чердаке мы нашли две коробки от видеоигр, — напомнил Бэленджер. — Одна — «Grand Theft Auto». Насчет второй вы сказали, что никогда о такой не слышали. Помните, как она называлась?

Ортега задумался лишь на мгновение и ответил:

— «Старьевщик».

Эхо взрыва, донесшееся от дальних гор, стихло, но Аманда так и стояла на коленях, сотрясаясь от рыданий. Впереди по-прежнему плыло облачко кровавого тумана, подчиняясь едва ощутимому ветерку. На покрасневшем песчаном дне котловины валялись куски тела. В воздухе ощущался резкий тошнотворный запах.

— Бетани, — пробормотала Аманда.

Потрясение было настолько сильным, что она совершенно не замечала острых камней, больно впивавшихся ей в колени.

— Вернитесь к остальным, — приказал сочный голос в наушниках.

Эти слова прозвучали не слишком внятно из-за боли и звона в ушах, которые Аманда все еще испытывала после взрыва.

— Бетани, — громче повторила Аманда.

Она скорбела не только по утраченной спутнице, но и по себе и остальным из их малочисленной группы.

«Мы все здесь погибнем, — подумала Аманда и тут же возразила себе: — Я выжила в „Парагоне“ и, клянусь Богом, уцелею и здесь. Но там тебе на помощь пришел Франк».