Шрифт:
— Понюхай его, — сказал Римо.
Чиун вежливо потянул носом.
— Пахнет экскрементами, — с омерзением сказал Мастер Синанджу. — И что еще хуже — ненавистным гамбургером.
— Подарочек от Смита, — сказал Римо, протягивая Чиуну видеокамеру. — Шпионил за нами.
Чиун кивнул.
— Император Смит хочет убедиться, что традиция будет продолжена по всем правилам. Это характеризует его как мудрого правителя. Я был о нем худшего мнения. Жаль, что у него контракт только с нынешним Мастером Синанджу, но не с будущим!
Чиун повернулся к Сэмми Ки.
— Возвращайся домой и доложи Императору Смиту, что Мастер Синанджу пока жив. И что Римо не вернется, поскольку он займет мое место во главе селения.
Сэмми Ки молча трясся.
— Но, — продолжал Чиун, — если у него возникнет желание нанять на службу следующего Мастера Синанджу на договорной основе, это можно обсудить.
Прошли те времена, когда у Мастеров Синанджу был только один клиент. Синанджу возвращается к своей славной традиции трудоустройства, которую вы, американцы, открыли для себя лишь недавно. Кажется, вы называете это диверсификацией.
— Что нам с ним делать? — спросил Римо. — Подлодка отбыла. Я проверял.
— Оставим его, пока не придет корабль.
— Чиун, я нашел на берегу кое-что еще.
— Труп какого-то мальчишки.
— Бедняга, должно быть, утонул, — опечаленно произнес Чиун.
— У него раздроблен череп. Там уже хозяйничают крабы.
Карие глаза старика обратились на Сэмми Ки. Они сверкали.
Сэмми Ки объял такой страх, что изо всех пор проступил пот, и чуткие ноздри Мастера Синанджу, уловив этот запах, безошибочно подсказали ему, кто виновен в смерти парнишки.
— Убить человека из Синанджу — непростительный грех, — тихо проговорил Чиун. — Но убить ребенка — это просто омерзительно.
Чиун дважды хлопнул в ладоши. Звук эхом отдался в ушах Сэмми, и стены вокруг него закружились.
Вошел хранитель Пульян и при одном взгляде на Сэмми узнал его, но ничего не сказал.
— Найдите место для этого мерзавца. На досуге вынесем ему приговор. И пошлите кого-нибудь в бухту за телом несчастного ребенка.
Сэмми Ки дернулся в сторону.
— Не спеши, детоубийца, — сказал Римо, зацепив его ногу носком ботинка.
Сэмми рухнул на пол, и Римо ногой легонько придавил ему поясницу.
К изумлению Сэмми, у него внезапно отказали ноги. Он попытался ползти, но нижняя часть тела отяжелела, как свинец. Он закричал.
— Что станем с ним делать? — спросил Римо как ни в чем не бывало.
— Сегодня крабы в заливе поели сладенького, а завтра им придется закусить дерьмом, — сказал Чиун.
— Смиту это не понравится.
— Отныне для Синанджу Смит — всего лишь воспоминание. Ты от него отрекся.
— Не уверен, что я от кого-то или от чего-то отрекся, папочка. Тот факт, что я согласился оказывать этому селению всяческую поддержку, еще не означает, что я не буду работать на Смита.
— Ты жестокий сын, Римо.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Римо, смягчившись.
— Мое страдание утихает, когда ты рядом.
— Может, мы поговорим позже?
— Почему не сейчас?
— Мне надо кое-что сделать, — сказал Римо.
Было видно, что ему не терпится уйти.
— У тебя есть более важные дела, чем утешить старика?
— Возможно.
Чиун отвернулся.
— Ты все равно поступишь так, как сочтешь нужным. Тебе на всех наплевать!
— Я пока не готов к этому разговору. Мне надо подумать.
— Вот именно, — резко ответил Чиун. — Подумать тебе не мешает. Тот, кто думает, способен на сострадание. Я не сойду с этого места, пока ты не изменишься.
Ответа не последовало, и Чиун обернулся.
Римо и след простыл. Чиун поразился такой непочтительности и нахмурил брови. Это просто уму непостижимо! Не похоже, чтобы Римо на него злился, и все же никак не хочет внять уговорам.
Уж не Шива ли опять пытается завладеть его рассудком? — подумал Чиун.
Глава 11
Полковник ждал дотемна.
В полумрак его «Чайки» прокрался холод. От этого правый глаз под повязкой разболелся. Врачи провели операцию на поврежденной роговице, но восстановится ли зрение, можно будет сказать с определенностью только по прошествии нескольких недель.
Полковник Дитко дрожал от холода в своей шинели, тихонько проклиная Сэмми Ки. Он не решался включить печку, боясь истратить остатки бензина.