– Просто тебе неприятно, что жители деревни уделяют мне много внимания. Я прав?

– Конечно, нет! Я лишь прошу тебя не фамильярничать с ними. Ты Мастер Синанджу, а они - простая деревенщина. Они должны смотреть на тебя снизу вверх. Но им будет трудно это сделать, если ты станешь каждый день сидеть с ними вместе, есть ту же еду, что и они, и смеяться их дурацким шуткам.

– Общая трапеза - это же твоя идея! Разве ты не помнишь? Ты хотел, чтобы деревня была одной счастливой семьей!

– Слишком уж долго это продолжается, и вы слишком счастливы. А это вредно - быть слишком счастливым.

– Я бы мог быть намного счастливее, - заметил Римо.

– Назови же то, что может сделать тебя счастливее, Римо, ибо твое счастье - это и мое счастье.

– Давай сократим срок моей помолвки!

– Насколько?

– До недели!

– Слишком поздно, - мрачно произнес Чиун.

– Почему?

– Со дня твоей помолвки прошло уже два месяца, и даже Мастер Синанджу не властен повернуть время вспять.

– Я имел в виду, чтобы она длилась еще не больше недели. Я вообще не понимаю, почему мы не можем пожениться с Ма Ли как можно быстрее.

– Так велит традиция. Мастер Синанджу женится один раз в жизни и должен десять раз все взвесить, дабы принять окончательное решение. Тебе нужно получше узнать Ма Ли.

– Но девять месяцев - это слишком долго для помолвки! Я уважаю твое мнение, но это просто небывалый срок!

– Честно говоря, я и сам подумывал о пересмотре этого срока.

– Да?

– Мне кажется, что пять лет - более приемлемый срок.

– Пять лет?!

Чиун сделал жест, отметающий всякие возражения.

– Я же сказал: подумываю. Я еще не решил. Что ж, теперь я подумаю о твоей просьбе. Римо немного успокоился.

– А когда же ты дашь ответ?
– поинтересовался он.

– Года через два-три.

– Чиун!

– Тихо, Римо, не надо кричать. Это неприлично. Вдруг люди услышат, как мы ссоримся?

– Это вряд ли. Даже сигнал воздушной тревоги не проникнет сквозь эти увешанные коврами и выложенные слитками золота стены.

– Нельзя так быстро жениться, это нехорошо.

– Я тут поспрашивал... На самом деле помолвка длится всего три месяца.

– Это для корейцев. А ведь ты не кореец.

– И никогда им не стану, ты сам это прекрасно знаешь.

– Мы станем работать над этим, можешь положиться на меня.

– И еще кое-что. Что ты думаешь по поводу деревни?

– А что я могу думать?

– У меня есть идеи, как сделать ее лучше, - объяснил Римо, доставая из кармана листок бумаги.

– Лучше? Лучше, чем что?
– с искренним удивлением спросил Чиун.
– Это Синанджу, центр Вселенной. Как можно сделать ее лучше?

– Например, провести водопровод.

– Мы живем на берегу океана, так что вода у нас всегда под рукой.

– Но ее нельзя пить.

– В Синанджу выпадает сладчайший дождь, - ответил Чиун, взмахнув руками.
– Нужно лишь вовремя выставить горшки и собрать дождевую воду.

– И еще я думал построить туалеты. На лице у Чиуна появилось отвращение.

– Это все европейские штучки. Ваши туалеты - рассадники праздности и безделья.

– Как это так?

– Они слишком удобны. Расположены в доме, где тепло, что позволяет сидеть в них бесконечно долго, читая дурацкие журналы, портя фигуру и разрушая ум.

– Да во всей деревне нет даже приличного отхожего места. Все пользуются либо ночными горшками, либо ходят за скалу. После больших праздников на улице просто невозможно дышать.

– Зато все естественно. Это удобрение. Оно повышает урожай.

– Грязь да скалы - вот и весь ваш урожай!
– заявил Римо.
– Жители Синанджу так ленивы, что приходится ввозить сюда даже рис!

– Не оскорбляй мой народ!
– строго проговорил Чиун.

– А что оскорбительного в нормальной гигиене? Ведь в этом доме туалет есть!

– Этот дом строили лучшие египетские архитекторы, - высокомерно заметил Чиун.
– Еще в те времена, когда египтяне еще кое-что могли. А сейчас они только и умеют, что проигрывать войны да жить за счет эксплуатации руин собственных предков. В этом доме много любопытных вещей. Уверен, что где-нибудь есть и европейский туалет. Антикварный, конечно.

– Время от времени я даже слышу, как там спускают воду.

– Даже древности необходимо поддерживать в рабочем состоянии! фыркнул Чиун.