— В том случае, если он планировал свой отъезд заранее. Ты думаешь, что так оно и было?

— Нет. Просто я пытаюсь составить общую картину.

Лаура едва слышала, что говорила Дафна. На нее навалилось чувство всеобъемлющего одиночества.

— Как он мог планировать отъезд, ничего не сказав мне, не взяв свои вещи, не попрощавшись с Деброй?

— Ты права. Он не мог этого сделать по доброй воле.

Зазвонил телефон, и Лаура кинулась к аппарату.

— Алло?

— Слава Богу, что я поймала тебя, — раздался скрипучий голос Мадлен Маквей. — Я боялась, что ты уже ушла. У тебя есть минутка?

Глаза Лауры стали безумными.

— Ах, как не вовремя, мам.

— Но мне надо скоро уходить. Я освобожусь только после обеда, так что мы должны решить все сейчас.

У Лауры привычно засосало под ложечкой. На мгновение она снова ощутила себя восьмилетней девочкой, которую вызвали на ковер в гостиную, где у Мадди был домашний офис, чтобы объяснить, почему она не взялась подготовить проект для Ярмарки научных идей. Желая узнать, в чем она провинилась на этот раз, Лаура спросила:

— Что решить?

— У нас тут сложности на нашем факультете в связи с Рождеством. Мы сделали заказ на девятнадцатое на выездное обслуживание в деканате, кое-кто высказывает недовольство тем, что все будет проводиться на территории университета. Не то чтобы это смущало лично меня…

— Ты не можешь подождать минутку? — перебила ее Лаура и, не дожидаясь ответа, положила трубку.

— Я не в состоянии вынести это, — промолвила она, с отчаянием глядя на Дафну.

— Скажи ей, что позвонишь позднее.

— А что, если потом будет хуже?

— Скажи ей, что ты ждешь звонка.

— Она знает, что у меня два номера.

— Скажи ей, что ты больна.

— Она ответит, что это утреннее недомогание, и разразится речью о женщинах, рожающих в моем возрасте.

Дафна побледнела:

— Ты беременна?

— О Господи, да нет же! У меня нет ни времени ни сил на беременность! К тому же мне тридцать восемь лет!

— И ты боишься собственной матери.

— Больше не боюсь. Больше не боюсь. Скоро перестану бояться.

— Тогда поговори с ней прямо сейчас и реши все.

Лаура пристально посмотрела на Дафну и вернулась к телефону.

— Прости, мама. Так что ты говорила о Рождестве?

— Некоторые сотрудники на моем факультете, — снова начала Мадди с легкой ноткой осуждения, порицая тем самым Лауру за задержку, — хотят провести вечер за пределами университета. Они говорят, что мы должны сделать как можно более праздничным этот вечер для наших выпускников. — Она фыркнула: — Как будто они понимают их психологию лучше. Атмосфера деканата будет достаточно праздничной, как тысчитаешь?

— Безусловно, — откликнулась Лаура.

— Ну что ж, мы с тобой в меньшинстве. Я могу настаивать на своем, но они заявят, что я цепляюсь за прошлое. Ответь мне, разве я когда-нибудь боялась двигаться вперед? Никогда! Я самый прогрессивный сотрудник нашего факультета!

Лаура ни на минуту не сомневалась в этом. Не сомневалась она и в том, что более молодые сотрудники факультета желали бы сместить ее шестидесятисемилетнюю мать с поста ректора. Хотя кое-кому, может быть, и нравилось сражаться с ней. Она была серьезным противником.

— Уверена, они по достоинству оценят все, что ты делаешь, — умиротворяюще промолвила Лаура.

— Они хотят в ресторан, — поставила ее в известность Мадди. — Ты сможешь принять нас?

Принуждая себя вернуться к делам, когда все в ней противилось этому, Лаура мысленно представила расписание на стене своего офиса, где отчетливыми красными буквами напротив декабря было написано: «Квота заказов на вечер исчерпана». Она с восторгом выводила эту надпись, ибо она свидетельствовала о достигнутом ею успехе, и ей очень хотелось похвастаться этим перед Мадди. Но в данный момент желание прошло, поэтому она просто сказала:

— Сейчас уже несколько поздновато вносить изменения.

— За три недели? Мы же ничего не отменяем, а просто переносим мероприятие из школы в ресторан, — голос Мадди стал тише, тая в себе скрытую угрозу. — Лаура, неужели это так сложно для тебя?

В этом уже был вызов, знакомый Лауре с самых ранних лет. Мадди Маквей была волевой женщиной, всегда действующей напролом. Проведшая всю жизнь в академических учреждениях, она не только возглавляла свой факультет, но и являлась членом разнообразных профессиональных организаций, что еще больше осложняло общение с ней. Иногда Лауре казалось, что она бросила колледж именно из-за матери. Мадди была возмущена этим и немного смирилась, только когда Дебра пошла в школу, а Лаура занялась торговлей сырными пирогами с вишнями собственного изготовления. Это было десять лет назад. Мадди не изменила мнения, когда маленькое дело Лауры разрослось в фирму по обслуживанию мероприятий: гастрономическая карьера не входила в список приемлемых для нее занятий. Затем, два года тому назад, был открыт ресторан. Его успех означал, что Лаура наконец может общаться со своей матерью на равных.