— Значит, мы могли бы выбраться оттуда, не перелезая через стену.

— В таком случае это смогли бы сделать и они. А я хотел, чтобы они оставались там. Поэтому я разбил замок.

— Куда теперь?

— В отель Диспейра. Первый телефонный звонок должна сделать ты.

Они проехали вдоль стены и поставили «тахо» Тармана рядом со старым «шевроле» Воэн, пересели в ее машину, пересекли пустую парковку и выбрались на дорогу. Когда позади осталось три мили, они оказались в центре Диспейра. Дождь так и не прекратился. Улицы и тротуары были темными, мокрыми и пустынными. Посреди ночи на ничейной земле. Проехав по боковым улицам, они остановились возле отеля. Фасад оставался все таким же темным и мрачным. Уличная дверь была прикрыта, но не заперта. Да и внутри ничего не изменилось. Пустой обеденный зал слева, пустой бар справа, заброшенный столик администратора по центру. Массивная регистрационная книга в кожаном переплете лежала на столике. Легко взять, легко развернуть, легко прочитать. Ричер приложил палец к последней записи — супружеская пара из Калифорнии, побывавшая здесь семь месяцев назад. Он повернул книгу так, чтобы Воэн прочитала фамилии и адрес.

— Оставь им сообщение, — сказал он. — И если они помогают дезертирам, сделай то, что подсказывает тебе совесть.

— Если?

— Я думаю, они могут быть вовлечены в нечто другое.

Воэн позвонила со своего сотового телефона, и они уселись в потертые кресла, дожидаясь ответного звонка.

— Подарки — вполне убедительное объяснение, — сказала Воэн. — Церкви постоянно посылают гуманитарную помощь за границу. Да и волонтеры занимаются подобными вещами. Обычно это хорошие люди.

— Не стану возражать, — отозвался Ричер. — Но всю свою жизнь я имел дело с людьми, которых не назовешь обычными. Сплошные исключения.

— Почему ты так уверен?

— Из-за сварки.

— Замки можно разбить.

— Контейнер приварен к платформе. Так никто не перевозит контейнеры. Их поднимают и грузят на корабли при помощи подъемных кранов. Для этого они и придуманы. А сварка означает, что они не должны были покинуть страну.

Телефон Воэн зазвонил. Они ждали всего три минуты. С точки зрения полицейского, это оборотная сторона бурной деятельности Министерства национальной безопасности. Агентства ведут между собой переговоры, соединяются компьютеры, идет обмен базами данных. Воэн отвечала и слушала в течение четырех долгих минут. Потом поблагодарила звонившего и повесила трубку.

— Нельзя исключить их связь с движением поддержки дезертиров, — сказала Воэн.

— Почему? — спросил Ричер.

— Они находятся в списке активистов. А активисты способны на многое.

— Какого рода активисты?

— Религиозные консерваторы.

— Какого рода?

— Они руководят Церковью Апокалипсиса в Лос-Анджелесе.

— Апокалипсис — это часть истории о конце света, — заметил Ричер.

Воэн молчала, пораженная этой мыслью.

— Возможно, они приезжали сюда, чтобы завербовать Тармана как собрата-активиста. И вероятно, увидели в нем особый потенциал.

— Они бы не стали селиться в этом отеле. Они бы жили в доме Тармана.

— Только не в первый раз. Тогда он их еще не знал. Во второй раз — может быть. И в третий, и в четвертый, и, возможно, в пятый и шестой. Тут все зависит от того, как долго им пришлось его убеждать. Между их первым визитом и заказом ТНТ у «Кирни» прошло четыре месяца.

— Он говорил, что это бюрократическая ошибка.

— И ты ему веришь?

Воэн не ответила.

— Четыре телефонных звонка, — сказал Ричер. — Вот что нам осталось сделать.

Они вышли из отеля, сели в «шевроле» и поехали на запад, к окраине города. В трех милях от них сквозь темноту и пелену дождя виднелись огни завода, тусклые, голубые и далекие, размытые в залитом водой ветровом стекле, — могильное сияние среди сумрака. Вокруг царила пустота. Они припарковались возле последних зданий, повернув машину в сторону города. Ричер приподнялся над сиденьем и вытащил из кармана позаимствованный телефон. Затем он вынул листок бумаги, добытый в офисе «Снабжения». Номера новых сотовых телефонов. Бумага насквозь пропиталась водой, и ему пришлось обращаться с ней очень осторожно.

— Готова? — спросил Ричер.

— Я не понимаю, — призналась Воэн.

Он набрал третий по счету номер. Услышал гудки — первый, второй… восьмой. Наконец кто-то ответил на звонок, пробормотав невнятное приветствие. Ричер сразу узнал голос, мужской, слегка удивленный и дважды приглушенный, во-первых, из-за ширины груди, во-вторых, из-за недостатков сотовой связи.

Великан с завода.

— Ну как ты? Давно пришел в себя?

— Отправляйся в ад, — ответил великан.

— Может быть, я туда отправлюсь, а может, и нет. В данном вопросе у меня нет полной ясности. Это вы специалисты по теологии, а не я.

Ответа не последовало.

— Твой приятель очнулся?

И вновь молчание.

— Тогда я позвоню ему сам.

Он отключился и набрал второй номер из списка. Мастер завода ответил после восьмого гудка.

— Извините, ошибся номером, — сказал Ричер.

Он прервал связь.

— Что ты делаешь? — спросила Воэн.

— Как мятежники ранили Дэвида?

— При помощи самодельного взрывного устройства.

— И как они его взорвали?

— Дистанционно, я полагаю.

Ричер кивнул.