Гарри почувствовал себя намного лучше, узнав, что Лекарт был пожилым человеком, когда женился на молодой красавице. Могла ли Дениз любить человека, годившегося ей в отцы? Черт, не умер же он от сердечного приступа, занимаясь с ней любовью? Гарри чуть не пропустил дальнейшее.

— Некоторое время я жила у его женатых сыновей, по мне там не было места. И не было смысла чего-то ждать, следовало задуматься о будущем, ведь я увидела, как скоротечна жизнь. Я решила вернуться в Англию, где очень высоко ценили французскую моду. — Куини успокоилась, ибо теперь могла говорить правду. — Но сначала я отправилась в Париж, чтобы поработать у настоящего кутюрье и получить рекомендации. Женщине очень трудно подняться выше швеи или портнихи как в Лондоне, так и во Франции. А я хотела не просто шить или иметь собственный магазин, но и создавать фасоны модной одежды. Я добилась места у месье Готема.

И где же было это место, размышлял Гарри, уже перестав ревновать к месье Лекарту. Даже он, английский виконт, безвылазно живущий в своем поместье, слышал о неуемном сексуальном аппетите кутюрье, а молодая вдова, притом красавица, вполне могла бы стать лакомым блюдом на тарелке француза.

— Когда я почувствовала, что научилась всему, чему могла, я поехала в Лондон. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на сомнения.

Рорк, быстро делавший записи в своем блокноте, поднял голову.

— Не стану утомлять вас, спрашивая, знаете ли вы леди Шарлотту Эндикотт. Но как насчет Куини Деннис?

— О ней я и хотела поговорить с капитаном Джеком Эндикоттом, ведь именно этим вызван ваш визит, не так ли?

Рорк кивнул:

— Тут слишком много совпадений.

— Я знаю, сейчас вы тоже поймете. Видите ли, после того, как я покинула семью мужа, в Париже много говорили о красивой светловолосой англичанке, портнихе. Однажды, когда я обратилась в поисках работы к одному из модельеров, меня спросили, не знаю ли я некую Куини Деннис, которая раньше жила в Англии. Она тоже искала работу, но никаких рекомендаций представить не могла, хотя замечательно шила и довольно хорошо говорила по-французски. Молчаливая, замкнутая девушка, похоже, у нее вообще не было друзей. Не знаю, взяли ее на работу или нет. Я хотела разыскать ее, когда устроилась к месье Готему, потому что я говорила по-английски и могла ей чем-то помочь. Но потом я услышала, что она заболела чахоткой и несколько месяцев спустя вроде бы умерла.

Рорк шумно вздохнул.

Браун застонал:

— Капитан Эндикотт очень расстроится.

— А я уже расстроен, — произнес сыщик, — что вы не пришли ко мне с этими сведениями раньше, мэм. Я давно бы мог послать кого-нибудь во Францию.

— Но это были только слухи. Я думала, что сама расскажу все братьям, если та Куини Деннис окажется леди Шарлоттой. Я решила, они смогут подождать месяц-другой, раз ждали столько лет. — Куини обвела рукой магазин и джентльмена, сидевшего рядом. — А у меня пропал резон идти к вам.

— Резон?

— За вознаграждением. Я нуждалась в деньгах, когда впервые увидела ваши объявления. Но теперь у меня есть магазин.

И лорд Хэркинг, с горечью подумал сыщик, закрывая блокнот, который станет защищать свою cherie от более пристрастных допросов на Боу-стрит, черт бы его побрал.

— Не будьте такой уверенной, cherie, — сказал Гарри после ухода сыщика и кивком дал понять Брауну, что ему тоже следует уйти.

А поскольку молодой человек не мог увидеться с Хеллен, он понял намеки вышел из магазина вслед за Рорком.

— Что вы имеете в виду?

— Ваш успех и талант не вызывают сомнений. Но ваши способности лгать и вводить в заблуждение представителя закона весьма сомнительны. Не думаю, что Рорк поверил хотя бы половине из того, что вы ему рассказали. Да и с чего бы, если сквозь дыры вашей истории можно было проехать на телеге, запряженной волами? Он еще вернется.

— Но какое-то время у меня есть. — А это все, что ей нужно.

Гарри взял ее правую руку и поднес к губам для вежливого поцелуя, затем повернул ладонью вверх.

— Хорошо, что сыщик не увидел ваших пальцев без перчаток.

Они были в темной краске.

Куини отступила, быстро спрятав руки за спину.

— Это от платья Хеллен. На котором была ваша кровь после вечера в опере. Полагаю, мы должны проверить вашу рану и убедиться, что она не загноилась.

— Прямо здесь? Сейчас? — Гарри начал расстегивать сюртук.

Это еще опаснее, чем продолжать разговор. Гарри без рубашки, в тусклом свете? Тогда она сможет прикоснуться к нему, увидеть его мускулы, волосы на груди. А если рана заживает, раз Гарри вроде бы не жаловался на боль, то даже броситься в его объятия.

После ухода сыщика Куини почувствовала такое облегчение, что готова была расцеловать Гарри, будь он в рубашке или без нее. Он придавал ей уверенность своей улыбкой, одним своим присутствием. Но тогда Гарри поцелует ее в ответ, потом оба захотят большего, и кто знает, куда это приведет.

Дьявол точно знал, куда это приведет, а Куини не собиралась идти этим путем. Даже с Гарри. Она не проститутка.

— Нет, вам лучше обратиться к кому-нибудь в отеле или к хирургу. Пусть он посмотрит, все ли у вас в порядке.