— Так что же вы хотели мне сказать? — спросила она, собирая в кулак всю свою храбрость и страшно сожалея о том, что человек обладает памятью на всякую отвлекающую от серьезных дел ерунду. Она никак не могла забыть об их ночном свидании, как ни уговаривала себя, что ничего не было, о чем бы стоило вспоминать.

— Не понимаю, откуда столько коварной агрессивности в такой молоденькой барышне, — произнес Джейк.

— А что я сделала? — взмахнула она невинно ресницами.

— Совсем недавно ко мне приходила Глэдис Колби. И поведала мне о том, как утром вы притащили в ее булочную сестер Меривэзер и устроили такой скандал, что все покупатели разбежались.

— Ничего подобного мы с сестрами не делали. Никакого скандала не было. Просто мисс Мэйбл и мисс Луиза высказали свое мнение о пирогах миссис Колби, — холодно проговорила Дэнни.

Прохожие стали бросать на них любопытные взгляды, и шериф, взяв ее за руку, отвел под навес соседнего магазинчика.

— Вы хотите, чтобы я поверил, что вы и эти милые старушки распугали всех покупателей в булочной, в галантерейном магазине и других торговых точках, не руководствуясь никаким агрессивным замыслом? Разве у Стормов мало приверженцев, чтобы успокоиться и не привлекать на свою сторону еще кого-то? Я уверен, что инициатор этих походов — именно вы.

Дэнни попыталась стряхнуть его руку, прежде чем явственно покраснеет и тем самым выдаст чувства, вызываемые его прикосновениями. Но он и не думал убирать руку, вцепившуюся в ее плечо.

— Никакой я не инициатор! — Она стала вырываться от него всем телом. — Немедленно отпустите меня!

— Вам надо успокоиться и прекратить как ночные, так и дневные игры, — жестко произнес шериф. — Это не доведет вас до добра.

В его темных глазах она прочитала значение этих слов и покраснела до корней волос.

— Никаких игр я не знаю! — возмутилась Дэнни и ударила его по сжимающей плечо руке.

Самым оскорбительным было то, что играл в ночную игру прежде всего он сам, а обвинял во всем одну ее.

— Хочу предупредить вас в последний раз, мисс Сторм. Если я застигну вас провоцирующей беспорядки где бы то ни было, то соберу все свидетельства и предъявлю прокурору.

Дэнни отстранилась от него, демонстративно расправляя платье на плечах.

— Очевидно, вы превосходно себя чувствуете, издеваясь надо мной, когда в моем доме не осталось ни одного мужчины.

— И слава Богу! Будь ваша семья на свободе, в городе не прекращалась бы перестрелка.

— Можете оставить свои угрозы при себе, шериф. А теперь, если не возражаете, меня ждут на ленч.

Она повернулась и пошла от него. В голове была сплошная сумятица.

— Подождите, мисс Сторм! — позвал Джейк. — Вот отец передал вам послание.

У Дэнни не осталось другого выхода, как остановиться.

— Какое послание? Где оно?

— Послание на словах, в силу его сугубой конспиративности. О том, что вам необходимо проверить "это" сегодня.

"Это", несомненно, означало идиотский самородок. Она тяжело вздохнула. Родные так и не прислушались к ее вчерашним прощальным словам; золото представляется им самым главным в этой жизни.

— Надеюсь, вы поняли смысл этого сообщения, мне абсолютно непонятного.

Она избегала смотреть в его лживые глаза.

— Понятно, спасибо. Передать ли сестрам ваши сожаления по поводу отсутствия на ленче?

— Передайте. Я собираюсь после полудня поохотиться.

Дэнни удивилась, не слишком ли поздно для охоты? Но остановила себя от каких-либо вопросов, зная, что Джейку ни в чем нельзя верить. Пусть он затеряется в лесах и никогда не найдет дороги назад!

На следующий день с утра Дэнни обдумывала два дела: как побыстрее выполнить поручение отца и как отомстить передавшему это поручение шерифу. Отомстить, разумеется, не за роль посредника, а за постоянные намеки на ее расчетливость. Совесть напомнила ей, что он прав, но тело протестовало против этой чисто внешней правды, откликаясь сладкой истомой даже на воспоминания о его прикосновениях. "Невоспитанный болван!" — ругала она Джейка. Если он и слышал собственными ушами, как отец и братья наставляли ее, он должен был понять, что это не главное. Ведь целовались же они у ручья еще до всяких наставлений.

Как не хватало ей сейчас матери! Коллин Сторм умерла четыре года назад, и с тех пор Дэнни не с кем было поделиться своими бедами. И отец и братья все понимали по-своему. Хорошо еще, что отец не стал настаивать на ее браке с Вильямом Поттэром.

Всерьез разрушил давнюю дружбу семей не ее отказ от замужества, а золотой слиток. Матушка не одобрила бы того, что теперь происходит в городке. Семья и друзья — вот что было важнее всего для Коллин Сторм. "Если у человека есть семья и друзья, значит, у него есть все", — говорила она. А сейчас для горожан важнее друзей стало золото...