Он работал на автозаправке в Питтсбурге, ремонтировал машины в Западной Вирджинии, а затем в Иллинойсе недалеко от Пеории. И так, подрабатывая, он продвигался через всю страну, видел то, что она, Паркер, никогда не видела и вряд ли увидит.

— А тебе не приходило в голову вернуться? Просто развернуть машину и поехать домой?

— Нет. Я должен был добраться до цели и сделать то, что наметил. В восемнадцать лет можно долго продержаться на упрямстве и гордости. И мне нравилась самостоятельность. Нравилось, что никто не следит за мной, выбирая момент, чтобы уколоть побольнее, мол, мы знали, что у тебя ничего не получится, что ты ни на что не годен.

— Твоя мама никогда бы…

— Не мама.

— А. — «Его дядя», — подумала она и больше ничего не сказала.

— Это долгая и некрасивая история. Давай лучше прогуляемся.

На оживленной главной улице они то и дело наталкивались то на ее знакомых, то на его. Ни те, ни другие не могли скрыть изумления и любопытства.

— Им интересно, как ты оказалась со мной, — весело заметил он, — или как я оказался с тобой.

— Им следует больше думать о своих делах, чем о чужих.

— В Гринвиче все думают о Браунах. Просто им приходится соблюдать осторожность, когда дело касается тебя.

— Меня? — искренне удивилась Паркер и хмуро посмотрела на него. — Почему?

— В твоем бизнесе неизбежно узнаешь много секретов. В моем тоже.

— Поясни.

— Представь, что человек отдал в ремонт машину, но не проверил, убрал ли все, не предназначеное для чужих глаз.

— Например?

— Это уже будет раскрытием тайны.

Паркер ткнула его локтем.

— Нет, если я не знаю, кто что оставил.

— Мы в мастерской соревнуемся, кто за месяц найдет больше женского бельишка. Победитель получает шесть банок пива.

— О. Хмм.

— Ты сама спросила.

Паркер подумала:

— Я могу тебя переплюнуть.

— Валяй.

— Однажды я нашла бюстгальтер Шантель — черные кружева, размер тридцать шесть-С — на ветке ивы у пруда, и в воде плавали такие же трусики.

— Что такое Шантель?

— Дизайнер белья. Ты разбираешься в машинах. Я разбираюсь в моде.

— В машинах и свадьбах есть нечто такое, — сказал Мэл, открывая пассажирскую дверцу, — что заставляет женщин сбрасывать белье. — Он ухмыльнулся, когда Паркер скользнула на сиденье. — Так что не стесняйся.

— Ты так добр.

Устроившись в его машине, Паркер подумала, что вечер удался. Она наслаждалась ужином, наслаждалась общением с Мэлом, ей удалось узнать о нем немного больше, хотя для этого ей и приходилось его немного подталкивать, задавать уточняющие вопросы. И она всего два раза извинилась, чтобы ответить на звонки клиентов.

— Большая свадьба в эти выходные, — заметил он.

— Две большие, две средние и скромный предсвадебный праздник для жениха с невестой в четверг вечером, сразу после репетиции. Плюс два приема на выезде.

— Насыщенно. С чего вдруг парни взяли в моду являться на девичники?

Паркер начала формулировать дипломатичный профессиональный ответ… опомнилась и рассмеялась.

— Потому что их заставляют невесты. Мы открываем на веранде сигарный бар. Помогаем парням выжить.

— Мне и морфий не помог бы. Одна из свадеб — сестры Картера.

— О, да. Мы все с нетерпением ее ждем. С Шерри было очень приятно работать. У нас мало таких, как она. Ты за двенадцатым столом. Уверена, время проведешь чудесно.

— Надеюсь.

Когда машина свернула на подъездную аллею поместья, Паркер жалела, что вечер заканчивается, не меньше, чем нервничала перед его началом.

— Лето прошло, — сказала она, выходя из машины в бодрящую вечернюю прохладу. — Я люблю осень, ее цвета, запахи, игру света и теней, но всегда с сожалением прощаюсь с зеленью и летними цветами. Наверное, и тебе жаль прощаться со своим мотоциклом до следующей весны.

— Я еще прокачусь пару раз. Возьми выходной, прокатимся вместе.

— Соблазнительное предложение, — согласилась она совершенно искренне. — Только в следующие две недели у нас ни единого просвета.

— Я могу подождать. Но не хотелось бы. — Мэл придвинулся ближе и, хотя не дотронулся до нее, она задрожала. — Паркер, почему бы тебе не пригласить меня в дом?

Паркер намеревалась сказать «нет», она честно хотела сказать «нет», ведь готовилась исключительно к непринужденному вечернему свиданию без всякого продолжения. Слишком быстро, слишком много, слишком рискованно…