Я перечислил лишь тех потенциальных шпионов и заговорщиков, которые нам известны. И упомянул только тех, кто прибыл на Люсьен за последний месяц. День рождения Координатора притягивает со всего обитаемого космоса интриганов как мух… э-э… мед. Даже если забыть об активизации деятельности якудза, которая, вполне вероятно, объясняется исключительно амбициями ойабунов, в настоящее время на Люсьене сложилась такая обстановка, когда случайные совпадения не только возможны, но и неизбежны, причем в бесчисленном количестве. Если быть честным, я удивлен, что в недостроенных домах не обнаруживают каждое утро по нескольку сотен трупов.

— И вы готовы поставить на карту жизнь Координатора?

Индрахар долго смотрел на нее.

— Право, лейтенант, если бы не ваша проницательность, на вас стоило бы рассердиться. Нет, я не собираюсь рисковать жизнью Координатора, упорствуя в убеждении, что вы заблуждаетесь. Вы оказали нам неоценимую помощь, продемонстрировав при этом, чего стоите. Но мне нужно больше достоверной информации, чем вы мне пока предоставили.

— Индрахар-сама, мне не нравятся фараоны из тайной полиции. Мне не нравится КВБ. Мне не очень-то по душе и вы сами, так как ваши мальчики и девочки ниндзя гонялись за мной по свалке, размахивая мечами, а потом оглушили шокером и накачали наркотиками так, что у меня голова до сих пор гудит как колокол. И все же поверьте: мне вам больше сказать нечего. В данном деле я от вас ничего не стану утаивать. Как мне кажется, здесь мы с вами заодно.

— Отлично, я, в свою очередь, тоже поверю вам. Но объясните мне вот что: вам пришлось покинуть родину. Вместе со своими друзьями-наемниками вы воевали против Дракона. Почему вас так беспокоит безопасность Теодора Куриты?

— Я не люблю канцлеров, генерал-капитанов, принцев, архонтов и координаторов. Но Тедди… прошу прощения, Теодор Курита кажется мне весьма приличным диктатором. Больше того, похоже, во всей Внутренней Сфере он единственный не забыл о Кланах. И если с ним что-либо случится, едва ли кто-нибудь сможет остановить «тупиц» — так мы, «кабальерос», называем воинов Кланов. А Кланы я ненавижу больше всего, даже больше, чем боевых роботов. Кроме того, у Черных Драконов на нас зуб — на Семнадцатый полк и на Дядю Чанди. На Тауне мы им задали жару, и теперь они жаждут с нами рассчитаться. Мне кажется, все происходящее как-то с этим связано. Вражда стала личной. Они хотят нас уничтожить, а если что-то угрожает моей familia, я действую безжалостно.

— Понятно. — Индрахар не отрывал от нее пристального взгляда. — Только постарайтесь, чтобы личная вражда не заставляла вас видеть угрозу там, где ее нет и в помине.

— Подобных ошибок я не совершаю.

— И я думал так же на разных стадиях своей карьеры, — усмехнулся Индрахар. — И всегда был не прав.

Касси пожала плечами.

— Вы готовы работать со мной? — спросил директор.

Молодая женщина колебалась. Ей уже было не по себе от сотрудничества с Маккартни, полицейским из отдела по расследованию убийств, и вот сейчас о помощи просил самый знаменитый мастер заговоров во всем обитаемом космосе. Однако она сказала правду: в этом деле они заодно. А Касси была готова пойти на все, чтобы защитить свою «семью».

И вдруг ей показалось, что сидящий перед ней человек, слабый телом и поразительно сильный духом, в чем-то очень беззащитен. Касси презрительно отмахнулась от этой мысли: «Я просто пытаюсь оправдать уже принятое решение».

— Да, — сказала она, — в этом деле.

— Принято. Вы будете поддерживать связь непосредственно со мной и больше ни с кем. Вряд ли нужно предупреждать, что вы не должны никому говорить ни о нашей встрече, ни о том, что вы работаете на меня, — ни единой живой душе, как в КВБ, так и за пределами службы.

Директор дал молодой женщине код доступа.

— А теперь можете идти. Как только вы выйдете из этой комнаты, вам завяжут глаза и отвезут туда, куда вы скажете. Там вам вернут оружие и отпустят. Вы ничего не имеете против?

— Я не в восторге от того, что мне завяжут глаза, — сказала Касси. — Однако полагаю, если я откажусь, то вообще не выйду отсюда? Кроме как, быть может, через печную трубу?

Индрахар улыбнулся.

— Как я уже говорил, вы очень проницательны.

— Договорились. Но у меня к вам одна просьба.

Казалось, Сабхаш удивился. Возможно, это была лишь игра. А может быть, и нет.

— Какая?

— Дайте мне обезьяний наряд ЭУОД. Так или иначе, ваша организация скомпрометирована. Готовы вы это признать или нет. А мне чертовски надоело, что гибкие доспехи и глаза на затылке есть только у плохих ребят. Если я рискую встретиться с командос ЭУОД, не входящими в вашу личную гвардию, мне хотелось бы иметь возможность сражаться с ними на равных.

— Я отдам соответствующее распоряжение. Саёнара. До свидания.

Поклонившись, Касси направилась к двери.

— Старший лейтенант! — окликнул ее Индрахар. Она остановилась.

— Да?

— Пожалуйста, ни слова о нашей встрече моему приемному сыну — если вы вдруг случайно с ним встретитесь.

Касси ощутила леденящий холод в груди.

— Неужели вы полагаете…

— Нет. Просто я этого не хочу.

Молодая женщина пожала плечами:

— Хорошо, не скажу.

Она открыла дверь.

Индрахар остался сидеть в полумраке, глядя в никуда сквозь экран компьютера. Он медитировал. Заниматься этим в любой позе, в любой обстановке он научился задолго до того, как оказался прикованным к ненавистному креслу-каталке.