— Во завернул! — невесело хмыкнул я. — И чем же обеспечивается вся эта стабильность? Что мешает, к примеру, зверью из зон перехода перебраться в центр Проклятых? Там что забор стоит?

— Барьер и впрямь существует, — неожиданно подтвердил Главный и сразу же поспешил добавить: — Но не беспокойтесь, пробиваться через него не придется. Это будет походить на «зеркало», то самое «зеркало», которое мы преодолели по пути в Наро-Фоминск.

— Что опять?! — чуть ли не в один голос воскликнули мы с Лешим.

— Я же сказал походить на «зеркало», только походить, — успокоил нас ханх. Переход через барьер я бы назвал безвариантным. Попасть можно только в одно место, именно туда, куда нам и надо.

Наша «милая» беседа на свежем воздухе Проклятых земель несколько затянулась. Я понимал это, а потому решил поставить на ней точку. Пора в дорогу. Как бы не протестовал Фомин, мы все равно пойдем в Белоруссию, к Могилеву и остановит нас только смерть. Намереваясь громко и однозначно объявить об этом, я открыл рот, но меня опередил Серебрянцев:

— Извините, товарищ… — обращаясь к Главному, старик едва не ляпнул «бог», но вовремя спохватился, смутился и продолжил уже без имен и званий: — Вот все, что вы сейчас нам тут сообщили, это… это… — Ипатич снял свои очки и стал их старательно вытирать. Невооруженным глазом было заметно, что он нервничает. — Это несколько не вяжется с нашим, или вернее сказать моим пониманием всего происходящего. Идет перестройка планеты. Под нее задействованы гигантские энергии. Побочными явлениями процесса являются периодически возникающие смычки с параллельными мирами, из которых появляются аномалии и вся та живность, которая бродит сейчас по Земле. Именно так я все это себе представлял. Но ваши слова… — младший научный сотрудник на секунду запнулся, глотнул побольше воздуха и, собравшись с духом, выпалил: — Что находится в глубине Проклятых земель? Почему, чтобы попасть туда, следует пройти сквозь аномалию?

— Там ад или рай? — Вслед за ученым свой вопрос задал Владимир Фомин. Голос его при этом дрогнул из чего сразу стало понятно, что банкир боится узнать правду.

Ну, а вот я не боялся. И Леший, и Серебрянцев, и Нестеров, тоже не боялись. Все мы уставились на Главного с непреклонной решимостью добиться ясного и конкретного ответа. Цирк-зоопарк, хватит уже юлить и ходить вокруг да около!

— Ну, хорошо, — ханх сдался. — Хоть у нас и не очень много времени, но я все-таки объясню. Трансформация планеты может быть нескольких видов. Простая, когда меняется биосфера и климатические условия. Структурная, когда планета переводится в жидкое состояние, и уже из него, как из теста, лепится новый мир. И, наконец, третий вид… — Тут Главный помедлил, давая понять, что подошел к нашему варианту. — Третий вид применяется крайне редко.

— Да рожай ты уже быстрей! — я счел своим долгом поторопить ханха. Для основательной лекции сейчас было не время и не место.

— Третий вариант применяется, когда гибнет очень ценная планета, и мы не успеваем запустить структурную трансформацию.

— И как же вы поступаете тогда? — не выдержал Загребельный.

— Тогда нам остается лишь одно, — изменить сами законы, влекущие за собой распад планеты.

— Это как понимать? — мне стало понятно, что речь идет о чем-то уж совсем невероятном.

— Вы хотите сказать… — выдохнул куда более сведущий во всей этой кухне младший научный сотрудник Физического Института имени Лебедева.

— Вот именно, Даниил Ипатиевич, — ханх словно прочел мысли старика. — Мы перемещаем погибающую планету в параллельный мир.

Ответ Главного оглушил, будто удар увесистой дубины. Цирк-зоопарк, как же так? Мы проваливаемся в иное измерение, и только его законы могут сохранить Землю от разрушения. Если это действительно так, то чего стоит договор с ханхами, то бишь, Создателями? Они ведь обещали…

Вот тут в моей голове яркой вспышкой, разрывом фугасного снаряда полыхнула мысль, страшная мысль: а, собственно говоря, что такого обещали нам ханхи? Что все вернется на круге своя и станет как прежде? Что мы будем ходить по зеленой травке, нюхать цветочки и без опаски любоваться голубым небом с беленькими облачками? А вот хрен вам! Никто ничего такого и близко не говорил. Просто мы думали, что это само собой разумеется. Думали… А вот что думали ханхи? Какую именно судьбу они уготовили человечеству, когда обещали дать ему еще один шанс?

В душе моей творилось что-то невообразимое. Адский коктейль. Смесь ярости и страха, боли и оторопи, безысходности и надежды. Да, там и в самом деле все еще оставалась надежда. Ведь Главный был с нами. Ведь для чего-то он пришел? На что-то надеялся? Значит все же существует выход! И ханх должен будет нам о нем рассказать. Иначе, цирк-зоопарк, мы даже не сдвинемся с этого места!

Так я решил, но падлюка судьба вновь распорядилась по-своему. Весь мой жар, всю мою решимость остудил и переколошматил оглушительный как раскат грома выстрел из СВД, а за ним еще и еще один. Дело довершил перепуганный крик Лизы: