— Буду просто солдатом.

— Ну-ну…

Песня закончилась, Леха и Ира разошлись.

В Лешкином сердце творилось нечто невероятное. Все вокруг готовились к войне, а его мысли занимала только Ира. Трехмерное фото девочки висело у него над кроватью; в привычку вошло засыпать, любуясь ее глазами.

Сильвия с Ванькой и Олегом разбили корабль Мигеля, Иры и Лехи. Ирка же в сердцах чуть не разбила приемник.

— Эй, барышня, потише, — строго осадил ее Суров. — Виртуальный приемник не только для игр используют.

— Ир, это всего лишь игра, — попыталась успокоить расстроенную подругу Сильвия.

— Сегодня игра, а завтра — жизнь.

Леха нашел Иру только под вечер, на крыше военного склада. Вообще-то туда никому не разрешалось залезать, но именно поэтому тут и было место тайных встреч местной ребятни.

Ира сразу поняла, чьи шаги раздались позади.

— Кажется, я обзавелась дополнительной тенью, — заметила не без грусти. — Леха, я так не хочу войны.

Парень присел на трубу, столетия назад забытую здесь строителями.

— А кто же хочет? Только — что от нас зависит?

— Вот бы до Холма добраться.

Леха посмотрел на Холм, возвышавшийся в паре километров от границы колонии, похожий на все остальные холмы этой планеты — и не похожий ни на что. А там, за Ним, еще через два километра — станция полярников.

— Интересно, что там? — продолжила разговор Ира.

— Самый большой секрет вселенной, — удивился Леха. — Это ж всем известно!

— Но что это за секрет? Если бы кто-то смог его разгадать…

У Лехи словно молния сверкнула в голове. Парень весь покрылся потом.

— Что тогда?

Ира посмотрела в глаза худощавому пареньку, влюбленному в нее.

— Я бы поверила, что он меня любит.,

Леха переваривал сказанное девочкой, а она уже вскочила на ноги и захохотала.

— Эх, Леха-картоха, ну и наивный же ты, ей богу! Ладно, пошли…

«Ну вот, опять посмеялась, — подумал Алексей. — А если…».

У таинственного Холма погибла не одна экспедиция. Судя по останкам, полярники тоже сложили здесь немало голов. Никому и никогда не удавалось добраться туда — до легендарной святыни, скрывающей Самую главную тайну вселенной. Возможно, земляне никогда бы и не обратили внимание на эту легенду, если бы не ожесточенное стремление полярников пробиться к Холму и необъяснимая невозможность к нему подобраться.

Алексея хватились только наутро.

Парень уже перешел ограждение безопасности, когда на связь вышел Суров.

— Леха, не дури, ты уже в запретной зоне.

— Туда и направляюсь, — от внутренней связи никуда не денешься. — И вообще, я иеговист, ничего не слышу.

— Хорошая шутка. Я передам нашему повару, что ты стал его братом, — религия свидетелей Иеговы запрещала переливание крови, пересадку органов и вживление датчиков. — Он будет рад, если ты вернешься в колонию. Пацан, не вынуждай меня сообщать коменданту.

— Я уже в курсе, — подключился Малнис. — Лешка, живо домой! Нам Ира все рассказала. Ты же понимаешь, что она это несерьезно.

Леха и сам понимал, что совершал что-то неправильное. Взрослым надо было готовиться к войне, а он тут ерундой занимается. Но… вернуться было с каждым шагом еще более трудно.

— Лешка, идиот, — закричала Ира. — Ты что творишь?!

— Ира, я докажу, что люблю тебя, — еле слышно прошептал Леха. — Я докажу.

Мальчишка знал, что за ним следят на радаре, что в колонии видят то же, что видит и он, что датчики передают все параметры его тела — все, что он видит, слышит, ощущает. Найти парня не составляло труда, это сделали бы в течение нескольких минут.

— Леша, я не могу послать за тобой ни одного робота, к нам приближается вражеский десантный корабль, и он будет у планеты на десять часов раньше наших, — Леха отдал бы многое для того, чтобы не слышать сейчас коменданта. — Я тебя прошу, вернись.

Лешка, не отвечая, пробирался сквозь заросли, плотно опутавшие запретную зону.

— Ладно, — голос Малниса звенел, как медь. — Тебе тринадцать лет, Алексей, ты парень уже взрослый. Сам понимаешь, что к чему. Мы отключаемся. Нам есть чем заняться. Подумай над тем, хочешь ли ты еще оставаться на этой планете.

В свое время комендант не отдал инспекторам ни одного из детей, оставшихся без родителей, каждого приютила какая-то семья. Леху принял Малнис.

Тишина мучила гораздо больше, чем укоры колонистов. Здесь, когда вокруг все больше сгущалась тьма от перекрывших небо листьев, в этом лесу голоса поддержки не помешали бы.

— Леха, до поры я могу быть с тобой, — услышал мальчик шепот связиста. — Но скоро ты войдешь в зону недосягаемости. Будь осторожен. И… удачи тебе. Все одно, нам жить осталось недолго. Может… может ты проберешься на этот заклятый Холм. Пока!