— Когда я был маленьким, — сказал папа неожиданно спокойным голосом, — меня отправляли летом к бабушке в город Покров. Там жила старая и мудрая кошка Нюська. Помнишь, я рассказывал?

— Помню, конечно, помню, — всхлипнула мама.

— Ну, вот и давай заведем котенка, — неожиданно предложил папа.

— Ой, давай! — мама еще не перестала всхлипывать, но уже улыбалась.

— Кошка — это, знаешь ли, лучше, чем собака. Она не такая возбудимая. Не лезет лизаться. Не лает на гостей. Кошка — это почти человек. Только в шубе.

— И она совсем не мешает заниматься творчеством. С ней ведь не надо гулять, когда у тебя высокая температура? — поддержала папу мама. Потом немного помолчала и добавила: — И матом совсем не надо ругаться!

Тут папа посмотрел на маму, мама посмотрела на папу, потом они вместе посмотрели на дохлых тараканов и засмеялись.

Папа, мама, Гришка и Костик решили завести котенка. Вместо собаки. Вместо консервированных рыбок и кормовых тараканов. Все очень радовались этому решению, но не знали, как лучше это сделать.

— Котенок — как ребенок, — говорила мама. — Он будет членом нашей семьи.

— Котенок — это ответственность, — добавлял папа. — Ведь речь идет не просто о каком-нибудь котенке! Таких котят тысячи. Речь идет о нашем котенке!

Костик, в общем-то, был с ними согласен: где-то существовал или готовился появиться ТОТ САМЫЙ котенок, который только и мог жить с ними. Но нужен был знак, чтобы его распознать.

Гришка, как всегда, держался особого мнения. Он предлагал поехать на Птичку. (Это такой специальный рынок, где продают животных.) Там на каждом углу стоит бабка, у каждой бабки — корзинка, в каждой корзинке — котята, всех возможных цветов и размеров. Плати пять рублей и бери любого. Хочешь — рыжего, хочешь — черного или белого. Даже розовые встречаются. Гришка сам видел. С бантиками на шее. «Ты что, чувак, не веришь? Да в мамином справочнике посмотри!» И Гришка совал Костику под нос страницу, где крупными буквами было написано: «Породы кошек».

— Смотри! Это что, по-твоему?

— Что-что? «Голубая кошка».

— Ну! — с видом победителя восклицал Гришка. — Если есть голубые, почему бы не быть розовым? Может, им просто места на картинке не хватило.

Но мама на Птичку ехать не хотела. Она, как и Костик, ждала, что котенок — случится. «Котята, — говорила мама, — в отличие от всего другого, валяются даже на дороге. Давайте немного подождем! Может, нам придется кого-то спасать». И все ждали. Ждали, пока ТОТ САМЫЙ котенок где-нибудь обнаружится.

Однажды папа вернулся домой в приподнятом настроении. Он ходил в книжный магазин. А там у него всегда поднималось настроение.

— Помнишь, мы были на вечере поэта О.? Вот новый сборник ее стихов, — папа достал из сумки толстую книжку и с почтением выложил ее на стол. — Ты согласна, что О. — замечательный поэт? — обратился он к маме.

Мама была согласна. И хотя у поэта О. были трудные стихи, мама даже выучила два наизусть: она до сих пор совершенствовалась в умении читать папины мысли.

Но папе было мало простого признания поэта О.

— Да что там замечательный! О. — гениальный поэт. Ее стихи читает на ночь сам Папа Римский! А еще, — тут папа сделал загадочное лицо, — у поэта О. есть кошка. И, по сведениям из авторитетного источника, эта кошка недавно родила котят. Ты понимаешь, что это значит?

— У нас что — будет котенок от Папы Римского? — встрял случившийся рядом Гришка.

По лицу папы пробежала тень, и Костик поспешил исправить ситуацию:

— Дурак! У нас будет котенок от гениального поэта!

Ни гениальные поэты, ни даже папы римские не способны производить на свет котят, — отвергла мама гипотезы Гришки и Костика. — Мы возьмем котенка, который появился у кошки поэта О. Для папы это хороший повод поближе с ней познакомиться. Не с кошкой, а с О. Быть может, О. даже захочет прийти к нам в гости — посмотреть, как живет ее котенок. Мы, так сказать, породнимся: у нас появятся родственные связи по линии кошек. — Тут мама поняла, что может запутаться, и перешла к делу: — Когда ты собираешься ехать?