Странно, одним природа дает с избытком, других обделяет, но при этом обделенные не испытывают по этому поводу никаких комплексов и живут в мире и согласии с окружающими, тогда как одаренные сверх меры постоянно пребывают в состоянии, близком к стрессовому.

Взять хотя бы Элис…

При мысли о ней Майкла резанула такая боль, что он не сдержал стона.

— У вас что-то болит, мистер Грегори? — участливо спросила Джина.

— Да, зуб, — пробормотал он.

— Вам надо обязательно сходить к стоматологу. Хотите, я запишу вас на завтра? У Роджера есть знакомый…

Представив себя в кресле с открытым ртом, над которым зависло жужжащее жало бормашины, Майкл невольно поёжился.

— Спасибо, Джина, но пока не надо.

Она с сомнением покачала головой.

— Вы только не затягивайте, а то не пришлось бы удалять.

С трудом досидев до пяти часов, Майкл отправился домой, а уже в половине седьмого его машина остановилась у дома Карины. Он пригласил ее пообедать еще два дня назад, рассчитывая на то, что трудный разговор лучше всего вести в общественном месте, не располагающем к экспрессивному выражению чувств, однако, увидев Карину, легко сбегавшую по ступенькам в нарядном платье, Майкл понял, что допустил еще один просчет. Похоже, она восприняла приглашение как извинение за проявленное в последнее время невнимание и расценила его попытку вернуть их отношения в прежнее русло.

— Мне нужно с тобой с тобой серьезно поговорить, — начал Майкл, когда официант подал основное блюдо: знаменитые калифорнийские эскалопы.

— Ты уверен? — Карина лукаво посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц.

— Да.

— Давно собирался?

— Несколько дней.

— И поэтому был такой хмурый?

Он кивнул.

— А знаешь, — весело продолжила Карина, — я уже начала подумывать, что у тебя появилась другая женщина и ты хочешь меня бросить. Честно говоря, не знаю, как бы я это пережила.

О черт!

Заранее подготовленные слова застряли в горле вместе с кусочком мяса, так что Майклу пришлось выпить воды.

— Э-э-э… видишь ли… дело в том, что… — Он опустил руку в карман, чтобы достать платок.

Карина покачала головой.

— Тебе не кажется, что ресторан не самое романтическое место, чтобы предлагать женщине кольцо?

Майкл поспешно положил руку на стол. Ситуация явно складывалась не в его пользу. Но и оттягивать с ее решением было невозможно.

Он поймал взгляд Карины.

— Ты права. У меня есть другая женщина…

Ей снова снился он.

В этом сне было все то, чего ей не хватало в реальной жизни, а главное — в нем был он. Майкл Грегори.

Элис проснулась в полной темноте и не сразу поняла, где находится. Она по привычке протянула руку к настольной лампе, стоявшей на тумбочке слева от кровати. Ничего. Ни лампы, ни тумбочки. Из наполнявшего комнату мрака постепенно проступали очертания незнакомых предметов: платяного шкафа в углу, столика у окна и чего-то еще, напоминающего понурую фигуру в бесформенном длинном плаще.

Вешалка. И на ней мой халат, вспомнила Элис. Я в своей новой квартире.

Она потянулась. Тело еще горело от призрачных ласк. Сердце стучало, как работающий на пределе мотор гоночного автомобиля. Ее окружала пустота.

Глаза различали все новые и новые предметы: овал зеркала с застывшим в нем мертвенно-бледным бликом лунного света, одиноко стоящий посредине комнаты стул, шлепанцы на полу, похожие на следы, оставленные невидимкой. Каждый из этих предметов существовал отдельно от других, между ними не было никакой связи, они не создавали атмосферы дома, а казались деталями картины какого-нибудь сюрреалиста. Картины под названием «Отчуждение».

Что-то сломалось в ее жизни. Сломалось уже давно, но до поры Элис предпочитала не замечать поломку, мирясь с неудобствами, неустроенностью и одиночеством. Какое-то время она двигалась по инерции, не зная куда, но надеясь, что рано или поздно дорога сама выведет ее к залитой солнцем зеленой поляне.

И вот… Все, что у нее осталось, это сны. Но если сны — это лучшее, что есть, то к чему такая жизнь?

Она поднялась, включила верхний свет и, подойдя к зеркалу, долго смотрела на свое отражение. Потом взяла с полки первую попавшуюся под руку книгу и еще долго лежала, стараясь вникнуть в смысл расплывающихся перед глазами слов, теряя строчки и поминутно поглядывая на часы.

Элис не выходила на работу уже второй день, и Майкл не находил места от беспокойства. Он пытался найти ее через Кеннета, но тот объяснил, что помочь ничем не может, потому что не знает ее нынешнего адреса. Впрочем, судя по тону, каким разговаривал брат, он не помог бы даже в том случае, если бы и знал.

Оставалась надежда на подругу Элис Джейн, жившую в Пасадене, и Майкл собрался позвонить ей вечером. Возвратившись домой, он приготовил бифштекс, сварил кофе и уже потянулся к трубке, когда зазвонил телефон.