Не сказать, что быть умной значило сейчас для Кэти так же много, как раньше. Она не могла сделать счастливым собственного мужа и никак не могла произвести на свет ребенка.

Однако Натали наверняка сумела бы и то и другое.

Кэти заставила себя поднять свою короткопалую руку и коснуться длинной и стройной кисти Лили.

– Рада с вами познакомиться, Лили, и позвольте еще раз поблагодарить вас за спасение Тони. Я – Кэти Корман.

Лили кивнула, и ее черные волосы сверкнули в лунном свете. Кэти ощутила убогость собственных светлых волос, курчавых и тусклых, которые стригла коротко, чтобы держать в порядке.

– Я знаю, кто вы, – сказала Лили. – Джек мне все о вас рассказал. Он о вас очень высокого мнения. Считает вас одним из самых значительных людей на Земле. Его собственные слова.

Кэти удивилась. Много лет назад она думала, что влюблена в Джека, но никогда не считала, будто произвела на него столь сильное впечатление. Она всегда полагала, что они остались друзьями – ну, потому что Джек всем оставался другом.

Потом она удивилась собственному смущению.

В конце концов, кто такая эта Лили? С той секунды, когда она появилась, Кэти мотало от одной эмоции к другой. И ни одна из них не была из разряда тех эмоций, которые Кэти обычно себе позволяла. Любовь, злость и радость бывают полезны, но ревность, зависть и смущение слишком бессмысленны, чтобы давать им волю. И Лили сумела за две минуты заставить ее пережить все три.

Это достаточная причина, чтобы невзлюбить Лили, решила Кэти.

– Давайте сменим тему, – сказала она.

Лили подняла брови:

– Пожалуйста.

Последовала неловкая пауза, затем Кэти сказала:

– Ну, поскольку дети ведут себя прилично, думаю, мы можем пойти посмотреть, вернулся ли Джек с Венеры, или где он там теперь живет.

Лили, похоже, удивилась:

– Не думаю, что Венера приятное место, – сказала она. Затем Лили повернулась и, взметнув плащом, пошла к зданию клуба, цокая с каждым шагом.

Кэти посмотрела на Клео и Тони и увидела, что они все еще благоговейно смотрят на Лили.

– Милая леди, правда? – спросила Кэти, надеясь что они высунут языки и заблеют.

Но Клео кивнула и прошептала:

– Она самая прекрасная леди, какую я только видела.

– Может, тебе нужно больше бывать на людях, – сказала Кэти и тут же возненавидела себя за это.

Ненависть к себе – еще одна ненужная эмоция. Лили и впрямь ее провоцировала.

Клео посмотрела на нее озадаченно:

– Что?

Кэти мотнула головой:

– Ничего. Пойдем и посмотрим, что дядя Джек для нас приготовил.

Она взяла обоих детей за руки, и Клео спокойно пошла с ней. Но Тони попытался выдернуть руку.

Кэти остановилась:

– Что случилось, Тони?

Тони пристально глядел вслед Лили, чей силуэт теперь виднелся в желтом свете дверей клуба.

– Эта леди, – сказал Тони в полном изумлении, – Птица-тень.

Кэти не поняла.

– Извини, – сказала она, наклоняясь, – кто она?

– Птица-тень.

Клео округлила глаза и хлопнула Тони по руке:

– Дурак, не Птица-тень. Птица-оборотень. Правильно, тетя Кэти? Птиц-теней не бывает, да?

Кэти посмотрела на клуб и увидела, что Лили в дверях больше нет.

– Не имею ни малейшего представления, ребята, сказала она. – Но может, тетя Лили знает. – Она почти не сомневалась, что Джек спит с Лили, а поскольку он был для Клео и Тони дядей Джеком, следовательно, Лили для них – тетя Лили. Кэти не нравилось, как это звучит. – Спросим ее, ладно?

Потом они вернулись в клуб, но Лили там не было.

Ее присутствие подобно теплому дыханию в ухо. Лили где-то здесь. Джек был в этом уверен. Он еще не раздевался, но она как-то его нашла.

Он начал улавливать ее присутствие, когда для людей в «Зилкер-клубе» рисовал мелком иллюстрации к различным теориям происхождения Луны. Он не видел Лили, но чувствовал движение воздуха от ее крыльев, а потом ее дыхание. Это его отвлекло, и, потеряв ход мысли, он отвернулся от доски и посмотрел на слушателей.

Они вяло уставились на него. Большинство из них он не знал и потому был рад обнаружить нескольких друзей. Стивен и Хэлли сидели в заднем ряду, а Кэти как раз возвращалась с заднего двора с ребятишками Хэлли. Джек не видел ни Кэролин, ни ее бойфренда, но это его не удивило. Кэролин, наверное, еще бесится из-за того, что, когда его арестовали, он первым делом позвонил не ей.

– Хм, на чем я остановился? – спросил он.

Слушатели заерзали, но никто не ответил.

Физиономия Джека начала зудеть. Месяц назад, в тюрьме, он снова решил отрастить бороду. Она все еще выглядела довольно жалкой, а клочки на щеках начали седеть. Он надеялся, что Лили нравятся бороды, особенно седеющие. На случай, если не нравятся, он взял с собой электрическую бритву с аккумулятором.