Шрифт:
– Так следует немедленно найти ее и предать огню! – вскричал понтифик, пылая праведным гневом.
– Признаться, ваше святейшество, до недавних пор я и сам склонялся к сей мере наказания, но…
– Продолжайте, генерал!
– Потом вспомнил о ларце тамплиеров… По донесениям одного из членов нашего ордена, после смерти архиепископа де Нойи была обнаружена его тайная переписка с альгвазилом. Так вот, в ларце действительно хранилась кровь Иисуса! Вернее, гвозди, коими римляне прибили Его к кресту…
– Но в таком случае, генерал, сей ларец – религиозная святыня! Вы должны немедленно отыскать его и доставить в Ватикан!
– Увы, ваше святейшество, но кровь Иисуса, следы которой оставались на гвоздях, алхимики альгвазила использовали для своего кощунственного опыта…
– Неужели… неужели они вскормили ею… гомункулуса? – прошептал потрясенный до глубины души понтифик.
Антонио дель Форто кивнул:
– Совершенно верно, ваше святейшество. К сожалению, кровь Христа утеряна для мира навсегда…
– Но… но ведь тогда получается, что бедная бывшая монахиня носит в себе плод, вскормленный Святой кровью?!
– Именно так, ваше святейшество, – подтвердил генерал.
Понтифик истово закрестился:
– Нет, нет, вторая Дева Мария нам не нужна!.. А вот ребенка, если его можно так назвать и если он вдруг родится, жизни лишать нельзя!.. Вы понимаете меня, генерал?
Дель Форто снова кивнул:
– Думаю, женщине лучше умереть родами: это будет выглядеть убедительно и естественно… Ну, а ребенка, если тому суждено появиться на свет, тотчас передадим в надежные руки. Надеюсь, время покажет, кто он на самом деле – порождение Сатаны или носитель Святой крови…
– Я денно и нощно буду молить Господа, чтобы сей младенец оказался вторым Мессией, – сказал понтифик, осеняя себя крестным знамением.
Глава 4
Алехандро де Антекера и Родриго Бахес следовали под покровом ночи в Валенсию-де-Алькантара, пристально вглядываясь в сгустившуюся темноту и держа арбалеты наготове. Любая подозрительная тень, появлявшаяся на пути, заставляла друзей останавливать коней и тревожно вслушиваться в таинственные шорохи ночного леса.
Беглецы проделали уже много льё и теперь засыпали буквально в седлах. Наконец они выехали на залитую лунным светом уютную полянку, и Алехандро не выдержал.
– Предлагаю устроить здесь привал, – сказал он, спешиваясь. – Разведем костер, перекусим, выспимся…
– Перекусим? – усмехнулся Родриго, охотно следуя примеру друга. – Да у нас кроме нескольких глотков вина да пары пресных лепешек ничего не осталось…
Привязав лошадей к ближайшему дереву, спутники огляделись в поисках подходящего места для костра.
– Разводи огонь, друг, – сказал Бахес, вскидывая арбалет, – а я попробую подстрелить кролика. В этих местах должно быть много живности…
При свете луны Алехандро быстро набрал хворост и запалил костер, а вскоре из леса появился и Родриго.
– А вот и наш ужин! – радостно объявил он, помахивая в воздухе тушкой подстреленного кролика. – Сейчас освежую, и зажарим…
Бахес подсел к огню, снял, ловко орудуя кинжалом, с добычи шкурку, и спустя несколько минут от костра потянуло запахом жареного мяса.
Предвкушая сытный ужин и долгожданный сон, друзья блаженно расслабились. Что могло угрожать им вдали от главного тракта и тем более в лесу? Разве что голодные волки, но для этих зверюг у них всегда найдется острая стрела…
Родриго уже собрался снять аппетитно поджаристую кроличью тушку с огня, как вдруг из леса донесся отчетливый звук сломанной ветки. Друзья тотчас схватились за арбалеты.
– Волки?! – полувопросительно-полуутверждающе прошептал Бахес. – Пришли на запах мяса?!
– Возможно, – так же тихо ответил Алехандро. – Главное, убить их вожака! Остальные сами разбегутся…
В этот момент лес огласился дикими воплями, и на поляну вместо ожидаемых серых хищников выскочила группа воинственно настроенных людей. Убогая одежда и примитивное вооружение выдавали в них обычных голодранцев, однако численное превосходство было явно на их стороне: шайка доморощенных головорезов насчитывала не менее восьми человек.
Алехандро и Родриго нажали на спусковые крючки арбалетов почти одновременно, и два разбойника рухнули в траву как подкошенные. Остальные же стали угрожающе наступать, намереваясь взять смельчаков в кольцо.