– Скажите… Я смогу уйти в космос? – негромко спросил молодой человек.

– Только в космосе вы и сможете жить, – ответила Ора Дерви. – Любая тяжесть приведет к гибели. Отныне ваша стихия – невесомость.

Процессия в прежнем порядке двинулась к выходу.

– Послушайте… – прошептал молодой человек.

– Что еще? – нахмурилась, обернувшись, Ора Дерви.

Все остановились.

– Понимаете, у меня здесь, на Земле, невеста… – Горячо, сбивчиво заговорил астронавт. – Она ждет меня. Ждет… Я знаю из радиописем. Как же теперь?.. – голос его прервался.

– А сможет ваша невеста жить в невесомости? – спросила Ора Дерви.

– Она ненавидит невесомость. Не переносит ее. Однажды, еще до моего старта, мы отправились…

– Лучше всего вам забыть ее, – мягко перебила Ора Дерви. – Навсегда.

– Но…

– Поймите же, вы не сможете жить в условиях тяжести, как рыба не сможет жить на суше. Ваша родная среда – невесомость и только невесомость, – заключила Ора Дерви, отвернувшись.

Они посетили еще множество палат, но перед Ленцем все время стояли глаза молодого человека, полные муки…

После обхода Ора Дерви пошла проводить Ленца.

– Вы не примирились с киборгизацией? – спросила она.

– Наоборот, я еще больше укрепился в своем отрицательном мнении, – ответил Ленц.

– Мы спасаем людей.

– Спасаете, но какой ценой?

– За возможность жить никакая плата не чрезмерна, – сказала Ора Дерви.

– Не уверен, – отрезал физик.

Они подошли к машине Ленца.

– Так, может, ляжете в клинику хоть на несколько дней? – снова предложила Ора Дерви. – Речь идет только об исследовании. Даю слово, скальпель вас не коснется.

– Я абсолютно здоров, – упрямо покачал головой Гуго Ленц и открыл люк машины.

К 5 июля был приведен в боевую готовность весь полицейский аппарат страны.

Улицы и площади бурлили. То здесь, то там вспыхивали митинги. Впрочем, среди выступавших единодушия не было. Одни требовали сделать все, чтобы защитить физика Ленца от любых покушений, другие считали, что наоборот чем меньше останется ученых на свете, тем лучше будет, и не к чему вообще поднимать такой шум из-за физика, хотя бы и знаменитого.

Что касается Ядерного центра, то здесь все шло, как обычно, будто бы не на этот самый день неизвестный злоумышленник назначил гибель доктора Гуго Ленца.

Ленц в этот день был таким, каким его давно уже не видели сотрудники. Работа у него спорилась, он смеялся, шутил, даже напевал глупую песенку о фиалке.

После обеда Гуго Ленц уединился со своим помощником Имантом Ардонисом. Они о чем-то долго толковали. Матовая дверь не пропускала ни звука. Любопытные, то и дело шмыгавшие мимо двери, ничего не могли услышать – у них была лишь возможность наблюдать на светлом дверном фоне два силуэта: один оживленно жестикулировал, словно в чем-то убеждая собеседника, другой в ответ лишь отрицательно покачивал головой.

Иманта Ардониса отпустили несколько дней назад, взяв подписку о неразглашении. От него так и не добились ничего определенного, несмотря на сверхмощную техническую аппаратуру дознания, включая детектор лжи новейшей конструкции.

По распоряжению Арно Кампа за Ардонисом была установлена негласная слежка.

Шеф полиции рассудил, что в критический день возможный злоумышленник должен быть на свободе. Пусть Имант Ардонис думает, что его ни в чем не подозревают. В последний момент правосудие схватит его за руку, и преступление будет предотвращено. А если даже нет… Неважно. Пусть Гуго Ленц погибнет, зато остальным, кто получил цветок, опасность угрожать уже не будет.

В самом Ядерном центре не осталось ни одного не проверенного полицией сотрудника. Весь день Артур Барк безотлучно находился при докторе Ленце.

Когда Гуго Ленц вечером летел домой, его сопровождал целый эскорт. Орнитоптеры охраны были умело и тщательно закамуфлированы – под прогулочные, гоночные, рейсовые и еще под бог весть какие.

Люди Кампа потрудились и в доме физика, умудрились покрыть дом Ленца мощным силовым полем – защитным куполом на манер того, какой был над Ядерным центром.

День прошел, и ничего не случилось: Ленц был жив и здоров. У Арно Кампа грешным делом мелькнула мысль, что история с фиалкой – вселенская шутка, великий розыгрыш.

…Глубокой ночью Арно Кампа разбудил сигнал видеофона. Шеф полиции очнулся от короткого забытья, хрипло сказал:

– Слушаю…

– Докладывает агент 17. Гуго Ленц мертв, – сообщила мембрана.

Обсуждая причины смерти Гуго Ленца, медицинские эксперты не смогли прийти к единому мнению.