– Я всегда чувствую себя виноватым перед теми, кого не могу спасти, - ответил я.

На простом мраморном надгробии было выбито: ПАВЕЛ И ПОЛЛИ ГРИФФИН; ВОЗЛЮБЛЕННЫЕ СЫН И ДОЧЬ. Я был уверен, что разгадал уловку Элеоноры. Павел бы улыбнулся. Земляной холмик еще не осел. Большой венок ото всех девочек из «Див» был составлен целиком из пластиковых цветов – ярких, красочных и искусственных. Совсем как Полли.

Неподалеку стоял огромный каменный мавзолей в старом викторианском стиле, с чрезмерным количеством колонн, карнизов и вообще избытком резных каменных херувимов. Чрезмерно большая латунная табличка на двери с гордостью объявляла всем и каждому, что мавзолей был последним местом отдыха Иеремии и Maрии Гриффин. Только имена, никаких дат и никаких слов. Иеремия заплатил за это безобразие века назад, и не потому, что думал когда-нибудь этим воспользоваться, а потому, что такие вещи были в моде, а у Марии должно было быть все, что было в моде. И, конечно, ее мавзолей должен быть больше и богаче всех остальных. Я был удивлен, что ее каменные херувимы не задирали свои курносые носы перед всеми прочими.

Конечно, Иеремии и Maрии в нем не было. Их тела так и не были найдены.

– Я слышала, что после этого Мелисса ушла в монастырь, - наконец сказала Сьюзи.

– Ага, в орден созерцателей, удаленный от мира, как она и хотела. Связанный, хотя и неявляющийся частью Сестринской Армии Спасения. Так что, она должна быть в достаточной безопасности.

– Она самая богатая монахиня на Темной Стороне.

– На самом деле, нет. Согласно последнему завещанию она унаследовала все, но от большей части она отказалась. Уильям и Элеонора получили по доверенности очень щедрое пожизненное содержание, в обмен на то, что не будут ничего оспаривать, а все остальное отошло Сестринству. Которое в настоящее время обновляет свою церковь и быстро становится одним из главных воротил на Улице Богов. Берегись, злодеи. Одному богу в е домо, какое вооружение сможет закупить САС при неограниченном бюджете...

– А что Уильям и Элеонора?

– Теперь, когда Иеремии нет, обоим приходится привыкать быть обычными смертными. А поскольку они больше не бессмертны и не наследники, то высшее Общество, бизнес и политика довольно быстро повернулись к этой парочке спиной, что, наверное, и к лучшему. Наконец-то у них появился шанс жить своей жизнью. Уильям в отъезде – навещает Шэдоус-Фолл, Мишку Косолапого и Козла Морехода. Это его единственные настоящие друзья. Элеонора стала затворницей, все еще оплакивает своего ребенка. Но она вернется. Она прочнее, чем о ней думают. Даже она сама.

– Думаешь, их супруги будут с ними?

– Наверное,нет. Но никогда не знаешь заранее. Людям свойственно нас удивлять.

Сьюзи громко фыркнула.
– Нет, если ты всегда держишь защиту наготове, а деньги в сейфе.
– Она огляделась. – Это чертово место навевает тоску. Даже атмосфера какая-то душная. Обещай, что никогда не позволишь мне закончить здесь, Джон.

Я улыбнулся и ненадолго прижал ее руку к своему боку.
– Я знаю место, именуемое Аркадия. Там спокойно и мирно, всегда светит солнце и происходит только что-то хорошее. Мы могли бы лежать бок о бок на траве, а рядом течет река...

Сьюзи хрипло рассмеялась, качая головой.
– Ты слащавый сентиментальный засранец. Я больше склоняюсь к варианту с погребением под баром, где всегда будет музыка и смех, а люди смогут разливать для нас по полу выпивку.

– Это больше похоже на тебя, - признался я.
– Но в тех барах, где мы завсегдатаи, кто-нибудь обязательно нас выкопает, смеха ради.

– Если кто-то побеспокоит мой отдых, я в ответ побеспокою его, - твердо заверила меня Сьюзи. – В моем завещании указано, что я должна быть похоронена с моим дробовиком и уймой патронов.

Я торжественно кивнул.
– Я думаю, мой гроб будет снабжен миной-ловушки. На всякий случай. Возможно, чем-нибудь термоядерным.

Сьюзи вдруг резко отстранилась от меня и одним плавным движением выдернула дробовик из чехла на спине. Я проследил за ее взглядом, и обнаружил Уокера, спокойно стоявшего по другую сторону могилы Павла. Я не слышал, как он подошел, но у меня и раньше это никогда не получалось. Он непринужденно улыбнулся нам со Сьюзи.

– Сколь эффектная реакция, - пробормотал он. – Кто-то может решить, что мне не рады.

– И кто-то может быть прав, - ответил я.
– Как ты узнал, что мы здесь?

– Я знаю все. Это моя работа.

– Пришел убедиться, что Гриффины действительно мертвы?
– уточнила Сьюзи, не опуская ружья.

– Просто выразить свое почтение, - сказал Уокер.
– Необходимо соблюдать приличия.

– Кто-нибудь интересный появился на похоронах?- поинтересовался я.

– О, только обычных подозреваемых. Друзья, враги и масса заинтересованных наблюдателей. Ни что не производит такого впечатления на толпу и папарацци, как мертвая знаменитость. Это было прямо-таки общественное собрание. Maрия будет в ярости, что пропустила его.

Сьюзи громко фыркнула.
– Половина из них, наверняка,явились, чтобы станцевать перед мавзолеем Гриффина или мочиться на него.

– Там была целая очередь, - признался Уокер. – Некоторым пришлось ждать часами. А еще очень многие значительные люди до конца не уверены, что Гриффин действительно мертв. Они думают, что это его очередная сложная и хитроумная схема, и он по-прежнему где-то что-то затевает...

– Нет, - отрезал я.
– Он ушел.

Уокер пожал плечами.
– Даже то, что ты мертв, не обязательно означает, что ты кончился. По крайней мере, на Темной Стороне. Так что все настороже.