— А нельзя пройти его в Ричмонде? И чтобы я жила у тебя?

— Ну конечно, можно.

Она смотрела в пол, из глаз у нее текли слезы. Я не хотела бередить ее раны, но мне необходимо было знать.

— Это ведь с Кэрри я видела тебя тем вечером на площадке для пикников? Кэрри ведь, кажется, курит?

— Иногда. — Она утерла слезы.

— Мне жаль, что все так сложилось.

— Тебе не понять.

— Почему же? Я могу понять, что ты ее любила.

— И до сих пор люблю. — Она начала всхлипывать. — Вот идиотизм, правда? Как такое может быть? Ничего не могу с собой поделать. И ведь все это время… — Она высморкалась. — Все это время она была с этим Джерри, или как там его. И использовала меня.

— Люси, она поступает так со всеми, не только с тобой.

Она горько зарыдала.

— Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, — сказала я, прижимая ее к себе. — Любовь не проходит просто так, Люси, это требует времени.

Мы долго сидели так обнявшись. На шею мне капали ее слезы. Только когда на горизонте осталась узенькая полоска синевы, а весь небосвод окрасился черным, мы поднялись в более чем скромную спаленку за вещами Люси. Камень и асфальт улиц усеивали глубокие лужи, в украшенных к Хэллоуину домах сверкали веселые огни. Мы шли, и стылые капли дождя сменялись хлопьями снега.