Дед и внучка бегали вокруг засыпанной снегом песочницы, бросались снегом.

Генрих разочарованно чихнул и потянул Калерию Ивановну в сторону, прочь.

Словно почувствовал, что не будет этот пожилой благообразный господин знакомиться с его хозяйкой.

Потому что у него, у этого мужчины, уже есть своя хозяйка – эта самая Маша. Маша держит его сердце в своих варежках, залепленных снежными комьями, – и никому, никому, никому не отдаст…