На меня в недоумении уставились сразу все.

– С ним?!!

– Шр-р?!!

– Я серьезно, - предупредила я ошарашенных недругов.
– Можете говорить хоть за тигрином, хоть на эльфийском, хоть на скоррьем, но чтобы больше я этого рычания ни от кого не слышала! А чтобы вы в этом не сомневались...

Я резким движением сняла цепочку и, быстро наклонившись, нацепила тигру на шею.

– Вот так. Теперь, если и захочешь, но ты меня не найдешь. В конце концов, лучше остаться без защиты и нарваться на оберона, чем и дальше выслушивать ваши глупые обвинения.

– Трис, какой оберон?! Да это чудовище в сотни раз опаснее!!
– горестно возопил Рум, которого я столь же решительно стряхнула с ладоней.
– Что же ты делаешь?!!

– Ничего. На данный момент я желаю, чтобы ты остался с ним и решил эти вопросы, как мужчина с мужчиной. Без меня. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы тебя не вышвыривало заклятием.

– Как ты могла отдать ему свой риалл?!!!

Я покосилась на слегка обалдевшего тигра, озадаченно вертящего головой и пытающегося понять, отчего у него все еще не замерзли усы. Краем глаза отметила, как побледнели лица у эльфов, удивленно взлетели брови у Леха (ага, он ведь позабыл, что за сокровище у меня висело на шее), и как можно небрежнее пожала плечами.

– Вот так. Время вам даю до утра. Если не найдете общий язык, считайте, что я умерла.

Потом убедилась, что взвывший призрак действительно никуда не собирается исчезать, удовлетворенно кивнула и отправилась наверх, отдыхать, подальше от этих смутьянов и их вечного спора слепого с глухим. Пусть теперь сами решают, как им быть и на каком уровне искать сложный компромисс. Если сумеют, слава богу. Если же нет...

– Трис, ты что, действительно решила уйти?
– беспокойно придвинулся Беллри, едва я добралась до деревянной площадки.

– Да. Что мне еще остается?

– А...

– А про вас я ничего не говорила, - поспешила я успокоить занервничавших эльфов.
– Надеюсь, в случае чего вы сможете спрятать следы так, чтобы даже Ширра не учуял?

Беллри совсем спал с лица.

– Да. Наверное.

– Вот и славно, - я незаметно глянула вниз и, поняв, что мои слова достигли цели, с облегченным вздохом забралась на самую верхотуру. Туда, откуда не так давно столь изящно спрыгнул Ширра. Теперь же они с Румом с несчастным видом смотрели снизу, пытаясь угадать, где же я пошутила, но убедились, что шутки кончились, и очень мрачно уставились друг на друга. А потом одинаково громко фыркнули и излишне поспешно разошлись в разные стороны.

Ну, Двуединый им судья.

Ночь прошла удивительно спокойно. Никто не зудел над ухом. Не сопел и не фыркал, пытаясь привлечь внимание. Патрульные, вняв молчаливому предупреждению, устроились в шалаше, под прикрытием веток и листьев, позволив мне коротать темное время суток в гордом одиночестве, под яркими звездами и угольно черным небом. Благо дождя не предвиделось, а в здешних местах комары меня, как ни странно, облетали далеко стороной. Так что я не боялась ни мертвяков, ни луны, ни назойливых укусов, от которых поутру так некрасиво опухает лицо, и, вдосталь насладившись восхитительной тишиной, благополучно проспала до самого рассвета. Никем не потревоженная и не разбуженная.

Лишь когда яркий солнечный лучик настойчиво пощекотал ресницы, я соизволила, наконец, открыть глаза. С тем, чтобы тут же зажмуриться, а потом глубоко вздохнуть: вот и пришла пора определяться с дальнейшим окружением. Ну? Что они там решили? Сбегать мне от Леха в третий раз или обойдется? То-то он вчера на меня смотрел зверем: явно подозревает, что я действительно готова уйти в Пустоши в одиночку. А эльфы вообще, наверное, сегодня глаз не сомкнули, дабы не пропустить мой возможный побег.

Скажете, я гадкая?

Да, полагаю, вы правы, но сложившийся казус мне, ей богу, смертельно надоел. И чужое упрямство, начиная с того же Леха, и упорное нежелание остроухих объяснять причины своей настойчивости, и едва заметное недовольство Крота с Ресом, что приходится топать демон знает куда и зачем, рискуя шкурами и задницами ради чьей-то глупой прихоти. И неприемлемое поведение Рума. Даже загадочное молчание Ширры! Честное слово, я больше не могу! И если они сегодня не придут к правильной мысли, уйду и перестану, наконец, быть причиной многочисленных проблем. Может, они хоть тогда угомонятся?

Пригладив волосы, я медленно огляделась, никого поблизости не обнаружила и, поняв, что проснулась слишком рано, с сомнением глянула на далекую землю. Что ж мне делать? Куковать наверху, дожидаясь, пока народ очнется? Завтракать воздухом и умываться росой с ближайших листьев? Что ж, это не самое страшное. Но вот где я тут сыщу подходящие кустики?!

Поколебавшись, я все-таки не стала никого будить и спустилась тем же незамысловатым способом, каким воспользовался Ширра: просто спрыгнула вниз. При моих данных это несложно, тем более что я такие фокусы уже не раз проделывала в Ларессе, когда излишне поспешно уходила из опустевших (моими стараниями, конечно) домов. Особенно в те неудачные разы, когда по пятам неслась погоня из его ограбленного хозяина, оскорбленной в лучших чувствах хозяйки, дворни, псарни и парочки громил-нубийцев с устрашающими саблями в руках. Иногда в этот милый тандем входили арбалеты, и вот тогда мне становилось совсем весело. Хорошо хоть, такие ситуации случились нечасто, иначе на одном из поворотов меня вполне могли зацепить, и тогда - прощай, рыжая Ведьма.