В толпе захлопали, а затем, когда до послесветов наконец дошёл смысл слов Мэри, поднялась волна ликующих возгласов.

— Поскольку Мопси не вернётся, я с радостью принимаю должность Правительницы Чикаго. — Ликующие возгласы перешли в овацию. — Ты только послушай, Спидо! — прошептала Мэри. — Видишь, как они счастливы наконец-то обрести свободу!

— А куда делся Мопси? — спросил Спидо.

— Милос был так любезен — он уговорил его уйти. — Она обернулась к Милосу с милой улыбкой, которую тот, безусловно, заслужил. — Для нашего же спокойствия лучше не расспрашивать о подробностях, не так ли?

Мэри повернулась обратно к толпе и продолжила своё выступление:

— С момента моего прибытия здесь произошло множество изменений. А сколько их ещё произойдёт! Моя цель — поднять уровень вашей смерти [44] до небывалых высот. Многие из вас уже нашли своё любимое занятие, свой Ритуал, с помощью которого превратили каждый день в подлинное совершенство. Для тех из вас, кто ещё в поиске, мои двери всегда открыты. Я обязуюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы помочь вам.

Похоже, перспективу провести вечность в бесконечном повторении одного и того же слушатели восприняли с несколько меньшим энтузиазмом, но, впрочем, ладно. Они ещё постигнут мудрость Пути Мэри. Так происходило всегда.

Мэри пригласила Милоса к себе на променад. Он вообразил, что это будет частная аудиенция. Ему уже было известно, что ни с кем Мэри не говорит так откровенно, как с ним. Он верил, что это, безусловно, что-то значит. Что ондля неё что-то значит.

Скинджекер заявился на борт «Гинденбурга» с двумя высокими бокалами и охлаждённой бутылкой шампанского, которую нашёл в винном погребе Мопси среди банок с рутбиром. Однако, как выяснилось, аудиенция никоим образом не носила частного характера.

— Милос, как я рада, что ты пришёл, — сказала Мэри, даже не заметив шампанского в его руках.

Здесь присутствовали Спидо и ещё один послесвет, которого Милос до этого никогда не встречал. Он сидел в красном кожаном кресле — бывшем троне Мопси — и Мэри угощала его сластями из личных запасов.

— Это один из наших разведчиков-дальнобойщиков, — объяснил Спидо. — Только что вернулся.

Похоже, пришелец играл чрезвычайно важную роль в войне Мэри против «сил тёмного шоколада», как она любила это называть.

Новоприбывший запрокинул голову, разинул рот и закрыл глаза. Те, кто знал, что сейчас воспоследует, разбежались и попрятались кто куда как раз в тот момент, когда парень издал грандиозный чих, от которого, кажется, содрогнулась земля. Единственным, кто ни о чём не подозревал, был Милос — вот его-то и обдало б'oльшим количеством не поддающейся описанию послемерзости, чем это должно быть дозволено в любой из существующих вселенных.

— Прошу простить, Милос, — извинилась Мэри. — Я должна была предупредить тебя. Но у каждого таланта обязательно есть свой недостаток, и наш Ищей — не исключение. — Она обратилась к новоприбывшему: — Тебе, как никому другому, следовало бы прикрывать рот во время чихания.

— Знаю, только я вечно забываю.

Спидо вышел из-за кресла, где прятался, и бросил Милосу тряпку — утереться, но для столь значительной задачи тряпка оказалась маловата.

Мэри не обратила внимания на потоп — у неё были люди, которые придут и уберут. Куда важнее были новости, принесённые Ищеем. Да какие новости!

— Невероятно! Совершенно невероятно! — проговорила она, после того как разведчик выложил ей всё, что ему удалось узнать.

Бесценная информация, именно то, что нужно! Теперь ей было известно не только местонахождение Ника, но и размер его облака, а также чт'o он собирается предпринять. А этот, как его... «Потрошитель», девчонка-эктодёрша, которую он раздобыл — право, ну что она может сделать? Одна против тысячи?

Мэри встала. В её голове уже начал складываться план. Она снова увидит Ника, причём, увидит скоро... но на своих условиях.

— Итак, если Шоколадный Огр отправился в Мемфис, чтобы найти Алли-Изгнанницу, значит, думаю, нам тоже следует двинуться туда. Тысяча наших послесветов против четырёхсот его!

Милос пристыл к месту, огорошенный таким изменением курса. Только сейчас Мэри заметила, что он держит в руках... Что это? Неужели шампанское?

Спидо, как всегда, выказал себя человеком осторожным.

— Прошлый раз у вас тоже была тысяча... и вы знаете, чем кончилось.

Воспоминание о поражении лишь раззадорило Мэри.