Шрифт:
Соборный храм обители был возведен на средства Воскресенской купчихи Акилины Алексеевны Смирновой. При монастыре было устроено кладбище. Основательница обители позаботилась и об открытии при обители 8-классной женской гимназии с правами государственного аттестата.
Последними «властьми» стали здесь настоятельница игуменья Нина, казначея монахиня Феофила. В штате состояли три священника и два дьякона.
Единоверческие монастыри
В канун Октябрьского переворота Москва имела два таких монастыря – Всехсвятский Девичий, за Рогожской заставой, возглавленный настоятельницей игуменьей Платонидой, и Никольский мужской, на Преображенском кладбище, под управлением настоятеля архимандрита Никанора. Последний был основан в 1866 году, но включал целый ряд более ранних архитектурных памятников. В его ансамбль входила церковь Николы с колокольней (1790-е гг., 1857 г.), надвратная церковь конца XVIII века, Братский корпус, построенный в 1801 году и монастырская колокольня, сооруженная в 1876–1879 годах по проекту архитектора Ф. И. Горностаева.
Единоверие понималось как вид воссоединения старообрядцев-раскольников с православной церковью, при котором за старообрядцами сохранялось право совершать богослужения и таинства по старопечатным, доникониановским, книгам и по своим образцам при условии подчинения в иерархическом отношении православной церкви и принятия священнослужителей от православных архиереев.
С такой просьбой к правительству обратился в 1783 году старообрядческий инок Никодим, и в том же году образовались – в Таврической области – монастырь и приходские церкви. В 1800 году были учреждены единоверческие приходы, в каждой епархии подведомственные местному епархиальному архиерею.
С 1870 года единоверие становится одним из главных вопросов, обсуждаемых богословами. Исходным же моментом служил акт отмены клятв, произнесенных на доникониановские обряды русскими соборами XVII века. Часто всплывал ответ патриарха Иоакима попу Никите Пустосвяту на дискуссии в Грановитой палате: «Мы за крест вас не мучим – креститесь как хотите, двумя или тремя перстами; мы порицаем вас за то, что церкви не повинуетесь и лишаете сами себя вечного спасения». Образование московских единоверческих монастырей как бы ставило точку в затянувшейся на века дискуссии.