— Погнали, — сказал Андрей.

В метро накатила адреналиновая волна. Случилось это совершенно неожиданно, и в первый момент Андрей даже удивился тому, что произошло это так поздно, но потом подумал о специфической обстановке и решил, что подобная рассеянность вполне простительна.

— Слушай, — сказал он, наклонившись к самому уху Олега.

— Ну, — сказал Олег.

— Бокс — это же много, — сказал Андрей.

— В смысле? — спросил Олег. — Нормально, она за неделю скурит.

— Да я не про это, — сказал Андрей. — Сколько дадут за бокс?

— Чего? — спросил Олег. — Рублей триста дадут, но…

— Да лет, — сказал Андрей. — Лет.

— А, — сказал Олег. — Зассал?

— Не особо, — соврал Андрей. — Просто…

— Не ссы, — перебил его Олег. — Если вечером спалимся, дадут гораздо больше. Если нас сейчас поймают, считай, повезло.

Андрей криво улыбнулся.

В этот раз они пришли в приемные часы, но Василиса все равно дожидалась их в вестибюле. Большая часть бинтов с ее лица исчезла, остались только островки лейкопластыря. Теперь лицо Василисы напоминало витраж, работу над которым художник еще не завершил, но было ясно, что потрясающий финал не за горами.

— Привет, — сказала Василиса.

— Привет, — сказал Андрей.

— Привет, — сказал Олег и протянул ей пакет с гостинцами, точную копию предыдущего.

— Спасибо, — сказала Василиса. — Траву привезли?

Андрей вздрогнул. Развязный тон, а главное, громкость вопроса показались ему совершенно неуместными. Он быстро оглянулся, потом подумал, что пациенты больницы вполне могут попросить друзей купить лечебный сбор. И назвать его в разговоре «травой». Это соображение успокоило.

— Привезли, — сказал Олег.

— Сколько? — спросила Василиса.

— Бокс, — сказал Олег. — Коробок то есть.

— Ух ты, — сказала Василиса. — Куда мне столько?

— Нормально, — сказал Олег. — За неделю скуришь.

— Да я выписываюсь уже через неделю, — сказала Василиса.

— Ну вот, — сказал Олег. — Как раз.

— Понятно, — сказала Василиса. — Сейчас будем?

— Можно, — сказал Олег.

— Ты уверен? — спросил его Андрей.

— То есть? — спросил Олег.

— Сегодня нам лучше трезвыми быть, пожалуй, — сказал Андрей. — Если ты точно собрался…

— Спокойно, — сказал Олег. — Нас десять раз отпустит до вечера.

— Вы о чем? — спросила Василиса.

— Да так, — сказал Олег. — Куда?

— Так это же женский, — сказал Олег.

— Без разницы, — сказала Василиса, открывая дверь туалета. — Дверь запирается. Давайте быстрее, пока никто не видит.

Они зашли в прохладный кафельный аппендикс, и Василиса, словно принимающая гостей хозяйка, закрыла за ними дверь и задвинула совершенно деревенский с виду шпингалет.

— Здесь? — спросил Олег. — Или к толчку пройдем?

— Давай здесь, — сказала Василиса. — У толчка как-то противно.

Андрей подумал, что все-таки ее внутренний мир чрезвычайно близок его собственному. Эта мысль вызвала сожаление по навсегда потерянному.

Олег тем временем быстро соорудил косяк.

— Через обычную сигарету лажово, конечно, — сказал он, доставая из кармана зажигалку. — Но, как говорится, сойдет для сельской местности.

Андрей снова подумал о шпингалете и улыбнулся обычному совпадению мыслей.

— Ты, кстати, сама-то забить сможешь? — спросил Олег, затянувшись и передавая косяк Василисе.

Говорил он, используя какой-то резерв легких, так, что дым не выходил наружу раньше времени. Эта способность вызывала у Андрея чувство легкой зависти. А то, что вторая затяжка досталась Василисе, а не ему, выдавило в его душе что-то вроде ревности.

— Смогу, — сказала Василиса. — Не в детском саду.

Трагический процесс, воспетый кислым голосом Боба Марли, прошел буднично. Через минуту Олег подставил окурок под струю воды из крана и выбросил его в урну.

— Ну, — сказал он. — Пожалуй, пойдем мы.

— Да уж, — сказала Василиса. — Скоро родители приедут. Лучше вам не встречаться с ними.

Олег кивнул.

— Как же ты, обкуренная, будешь с родителями общаться? — спросил Андрей.

— Да нормально буду, — сказала Василиса. — Думаешь, не общалась уже?

— Ничего не думаю, — сказал Андрей.

Они вышли из туалета и у самых дверей столкнулись с молодой женщиной. На носу у женщины было укреплено странное сооружение из гипса. Женщина посмотрела на них с удивлением, потом, видимо, решила, что поняла, подмигнула Василисе и зашла в туалет.