Когда он проснулся на следующее утро, фургон ехал по сельской местности. Поначалу пес был сбит с толку громким гулом грузовика, когда тот мчался по асфальту. Нельсон скатывался с заднего сиденья на поворотах и когда фургон тормозил. Но окна были опущены, и запах травы переполнял сердце Нельсона. Тэтчер за рулем весело подпевал под музыку кантри по радио. Нельсон расслабился, и его хвостик завилял. Вскоре это стало происходить непроизвольно.

Тэтчер Стивенс был холостяком, но не особо переживал по этому поводу. Когда он задумывался о своей жизни, она казалась ему замечательной. Не было ни жены, ни детей. Он сам распоряжался своими деньгами так, как хотел. Он много путешествовал, познавая новые места своей огромной и богатой страны, Америки. Он был знаком с такими же, как он, любителями путешествий. Взрослея, он наблюдал постоянные ссоры между матерью и отцом. Его мама отчаянно хотела путешествовать, но ее супруг был домоседом. Это не было основной причиной их неудавшегося брака, но он понимал, что это тоже влияло. Когда двенадцать лет назад он определился с карьерой дальнобойщика, то вскоре понял, чего его мама так и не увидела. Путешествие в новые места вызывало всплеск адреналина. Новые пейзажи, новые люди и новая еда — все доставляло наслаждение.

Итак, он считал, что ему не о чем особо жалеть. В его жизни определенно бывали моменты настоящего счастья. Когда он отправлялся в новый рейс, с новым грузом, в место, в котором еще ни разу не был, он включал громко радио и подпевал. Это был его ближайший друг, как он полагал. Мальчишкой он мечтал стать певцом, и хотя эта мечта не сбылась, он считал себя талантливым. В такие моменты, глядя вперед на дорогу, он чувствовал огромное возбуждение в предвкушении грядущих событий. Бывало, он неделями ехал по горным хребтам Америки мимо лесов, больших рек и озер.

Если на него и накатывало одиночество, то лишь в те минуты, когда нескончаемо долгая поездка становилась утомительной. Территория Соединенных Штатов в основном равнинная, и одна местность была похожа на многие другие, и ему везде встречались одни и те же сети магазинов, супермаркетов и закусочных. Когда дорога простиралась в бесконечность, на Тэтчера находила тоска. Но он не знал сильных переживаний в жизни, поскольку не был человеком, склонным к крайностям, за исключением моментов, когда он был слишком пьян и не рассуждал трезво.

Грустно ему становилось, когда поездка подходила к концу и он подъезжал к своему маленькому дому в округе Салливан на севере штата Нью-Йорк. Это была красивая местность, но Тэтчер большую часть времени проводил сидя дома. Он так и не поменял мрачную старомодную мебель и портьеры, которые и его родители не меняли многие годы перед своей смертью. Тэтчер лежал на кровати и смотрел телевизор, пил пиво и доставал из холодильника и разогревал замороженные обеды из супермаркета. Он смотрел на стены и каждый раз говорил себе, что надо купить по дороге новые картины, но так этого и не делал. Он говорил себе, что надо отремонтировать протекающий кран или купить новые яркие портьеры, но все это откладывалось на потом и никогда не выполнялось. Снова отправляясь в путь, он чувствовал огромное облегчение, и в дороге гул двигателя его фургона и быстро мелькающие за окном пейзажи ознаменовывали новый день, сглаживая пробивающееся в его жизнь одиночество.

Тэтчер был привлекательным мужчиной тридцати восьми лет. Дорожная еда сделала его круглощеким, но крупное телосложение неплохо скрывало его живот. Он завязывал свои светло-каштановые волосы в конский хвост, а козлиная бородка придавала особое очарование дружелюбному лицу с проницательными голубыми глазами. Несколько раз во время своих первых поездок он встречал женщин, в которых сильно влюблялся. Но потом понял, что практически невозможно поддерживать полноценные отношения с кем-то, если путешествуешь так много. Его юношеская любовь (девушку звали Айви) длилась около восьми месяцев, но фактически он провел рядом с ней всего лишь шестнадцать дней, и хотя она тоже была безумно влюблена в Тэтчера, вскоре предпочла уйти к другому молодому человеку, который жил и работал в ее родном городе в Висконсине.

С другими объектами любви у Тэтчера сложились длительные отношения. В его маленькой телефонной книге было десять или пятнадцать номеров женщин, которым он мог позвонить, когда был в их городе. Они вместе ужинали цыпленком, ребрышками или другими блюдами местной кухни, а затем занимались сексом в доме этой женщины или в мотеле, но чаще в кабине фургона Тэтчера. Непонятно почему, но женщинам нравился секс там наверху. Это их возбуждало. Тэтчеру это тоже нравилось. Когда он иногда спал в их домах, ему всегда было трудно вставать с теплой постели в теплом доме поздно ночью, особенно если на улице было холодно.

Тэтчер говорил, что когда-нибудь осядет, но шли годы, и он понимал, что это маловероятно. Он будет работать до шестидесяти пяти лет, а ничего другого, кроме как водить фургон, он не умел, а значит, ни одна женщина не выйдет за него замуж, ведь большую часть жизни он будет проводить за рулем вдали от дома. Поэтому он довольствовался четырьмя-пятью ночными связями в месяц в его кабине и одной ночевкой у кого-то в постели.

Нельсон проснулся под песни Тэтчера в то летнее утро, когда его быстро увозили далеко от Олбани и Кэти. Ликуя от запаха травы, врывающегося с улицы в кабину, он обнюхал маленькую зону для сна, где провел предыдущую ночь. Сам диванчик пах старой потертой кожей, а одеяла не стирались уже давно. Повсюду был запах Тэтчера. А еще из коробки кубинских сигар, лежавшей под диваном, доносился аромат свежих сигарет и слышался легкий запах окурков, которым прожгли одеяло и кожаную обивку.