Сметая по дороге трибуны, толпа помчалась в указанном направлении, оставив среди деревянных развалин лишь Елисея с Кощеем. Первый не очень-то во все это поверил, второго задержали совершенно другие соображения.

— Это что ж такое получается? — начал петушиться он, подскакивая к дракону. — Я честь по чести все денюжки выложил, а где товар?

— Ты их выложил, чтоб со мной не драться, — осадил его дракон. — Насчет остального уговору не было. Чем тут воздух сотрясать, лучше б погоню организовал, а то смотри, — кивнул Ойхо на просеку, проломленную толпой в сторону востока, — желающих много.

Отчаянно ругаясь, облапошенный Кощей понесся в сторону Калинова моста, где остались его основные силы, — организовывать погоню.

— Ну а ты чего стоишь? — уставился дракон на Елисея.

— Мне бы с вашим помощником потолковать…

— Недосуг ему, — категорично заявил Ойхо. — Он уже в погоню отправился. Прекрасную принцессу спасать. А ты бы, сынок, чем дурью маяться, домой бы, к батюшке. Еремей уж небось заж… — Дракон поперхнулся. — Некогда мне тут с тобой! — отмахнулся он и ринулся под спасительные своды пещеры. — Чуть не проговорился… — донесся до Елисея его испуганный громовой шепот.

— Не возражаешь, если я вокруг твоего замка прогуляюсь? — крикнул вслед сбитый с толку царевич. — Вдруг какие следы обнаружу?

— Гуляй.

Знал бы мудрый дракон, что в тот момент происходило с противоположной стороны замка…

Свежий ветерок привел Алексея в чувство. Он открыл глаза, бессмысленно уставившись на шершавую каменную стену, медленно плывущую вверх. Руки его судорожно сжимали гибкое тело юноши в изумрудно-зеленом костюме для верховой езды, ползущего по этой стене соответственно вниз. Юноши?

— Ну ты, дура, — сердито прошипела Роксана, — возьмись за что-нибудь еще. Всю грудь помяла. И кинжал из-под юбки убери!

— Чьей?

— Ну не моей же! Видишь, я в мужском платье.

Алеша густо покраснел.

— Не могу, — пропищал он тоненьким голоском.

— Чего не можешь?

— Ручки отпустить не могу, я высоты боюсь!

Тем не менее одна рука послушно скользнула вниз и оказалась на отнюдь не юношеском бедре.

— Дубина стоеросовая!

Роксана достигла подножия замка, стряхнула с себя «принцессу» и сердито уставилась на нее. Алеша в полном обалдении сидел на траве в той же позе. Руки его сжимали воздух. Рядом валялась туфля сорок пятого размера.

— Ну и страшилище! И чего они в тебе нашли? Вставай, убогая, пока никто не хватился.

Роксана вскочила в седло коня, мирно щипавшего травку рядом со стеной. Алеша похлопал глазами, пошарил по земле руками, зачем-то засунул за пояс слетевшую туфлю, а затем, опомнившись, взвился в воздух прямо из положения сидя. Конь жалобно заржал, присев на задние ноги.

— Опять ты за свое! Отпусти грудь! Держись за талию!

— Я высоты боюсь, — напомнил Алеша, прижимаясь еще теснее.

— Тьфу! И зачем я тебя спасала?

— Чтобы жениться на мне, — радостно пропищал Алексей.

— Что?!

После выпитого накануне эликсира Роксана не рассчитала сил. Хоть на сапожках у нее и не было шпор, конь взвился на дыбы, заставив Алешу еще крепче схватиться за спасительницу, и вихрем понесся в сторону леса.

Полчаса безумной скачки по бездорожью, хлещущие ветки в глаза… Они не сломали себе шею лишь потому, что Алеша знал эти места как свои пять пальцев и изредка вмешивался в управление, отрывая руки от соблазнительного тела спасительницы, дабы дернуть за нужный повод. Наконец конь притомился и перешел на рысь. Алеша решил, что пришла пора чуть-чуть разведать обстановку.

— Может прекрасная дама узнать, куда везет ее храбрый спаситель?

— Прекрасная… — фыркнула Роксана. — Давно в зеркало смотрелась, чучело?

— Ну, это ты, положим, врешь, — пробасил Алеша, поправляя парик, от расстройства забыв изменить голос. — При свечах я еще очень даже ничего… — Роксана рывком обернулась. — Проблемы переходного возраста, — опомнившись, пропищал авантюрист. — Я еще девочка… в смысле девуш… короче, маленькая я.

— Ну, ты ду-у-ура… — опять повторила Роксана, скептически покосилась на могучие плечи «прекрасной принцессы», неопределенно хмыкнула и замолчала. Это как же надо так не дружить с головой, чтобы перепутать ее с мужчиной, пусть даже она и не в женском платье.

— Это не по-рыцарски, — захныкал Алеша капризным голоском. — Почему ты не стал передо мной на колено, не поклялся в вечной любви, не попросил локона моих прекрасных волос на добрую память?

— Еще слово, и я этот локон собственноручно вырву… на вечную память!