К сожалению, Арабелле пока не удалось убедить в этом автора. Он даже не ответил на два ее письма, в которых она писала о предложении киношников.

Хотя уже одно это можно было считать ответом. С тех самых пор, как пять лет назад они приняли его первую рукопись, Мерлин оставался совершенно недосягаемым – он не только отказывался покинуть свой дом на юге Англии и приехать в Лондон для переговоров, но и категорически отвергал их предложения самим приехать к нему.

По прошествии этих пяти лет о нем все еще было известно только то, что его зовут Мерлин. Переговоры об условиях контракта велись исключительно по почте и только с самим автором – он отказывался нанять агента, который действовал бы от его имени. Да и переговоров приходилось вести не слишком много – сумма гонорара всегда устраивала обе стороны.

Единственным, что послужило предметом споров, явилось использование автором одного лишь имени «Мерлин». Но писатель оставался непреклонен, и в конце концов Арабелле удалось убедить отца в том, что это только идет на пользу, придавая ореол таинственности облику автора – а следовательно, и повышая тиражи. А им это лишь на руку.

За пять лет Арабелла смогла создать в воображении образ Мерлина: эдакий вспыльчивый старик с длинными седыми волосами, грубоватым загорелым лицом, жилистой фигурой и с темпераментом, соответствовавшим упрямству, которое он с избытком демонстрировал все эти годы.

Арабелле часто приходилось иметь с ним дело, хоть только и по почте – в его письмах никогда не упоминался номер телефона, и, несмотря на дурной характер писателя, она всегда думала о нем с нежностью, как о некоем далеком дедушке. Вот почему решение отца отправить к Мерлину Стивена вызвало у нее глубокое возмущение.

– Папа, ты меня не так понял, – холодно произнесла она. – Я хотела сказать, что ты без моего разрешения не имел права посылать Стивена к моему автору. – Ее спокойные голубые глаза вызывающе посмотрели на отца сквозь стекла очков в черепаховой оправе. Арабелла была высокой молодой женщиной хрупкого сложения. Огненно-рыжие волосы, унаследованные от матери, она убирала в строгий пучок на затылке. А небольшой, чуть заостренный подбородок на выразительном, но не особенно красивом лице был сейчас решительно приподнят.

– Ладно, Арабелла, не становись в позу. – Отец раздраженно вздохнул, увидев в ее глазах гневный блеск. – У нас хватает проблем – вот Стивена выставили из дома этого типа, а тут еще ты со своими…

– Мерлин имел полное право выставить Стивена, – вступилась Арабелла за автора и заметила, что брат поморщился при унизительном для него воспоминании. – Он даже не знает Стивена…

– Он мой сын, черт побери! – вскипел, отец.

– А Мерлину ты кем приходишься? – с раздражением спросила она.

Отец поднялся со своего кожаного кресла с высокой спинкой и надменно выпрямился.

– Издательство принадлежит мне!

Она покачала головой.

– Я не то хотела сказать, и ты это знаешь. Раньше Мерлин имел дело исключительно с А. Атертон…

– Все эти годы он был чертовским занудой, – перебил ее отец. – Мы еще не встречались с автором, с которым так трудно было бы иметь дело. Отшельник, и невидимка в придачу. У меня руки чешутся вообще…

– Эти пять лет книги Мерлина кормили нас, – негромко прервала Арабелла пустую болтовню отца, который готов был предложить отказаться от сотрудничества с Мерлином.

Одна мысль об этом нелепа – без Мерлина они вылетят в трубу. Да, у них имелись другие, менее популярные авторы, и их было множество, но книги о Палфри с самого начала стали мировыми бестселлерами и оставались таковыми по сей день.

Предложить писателю такого уровня искать другого издателя просто потому, что ее старомодный отец считает, что главное – это издательство, а не публикующиеся в нем авторы, было бы финансовым самоубийством. Особенно учитывая предстоящее подписание контракта на фильм. Представление отца об издательском деле отставало от жизни лет на двадцать, и вряд ли он когда-нибудь сможет догнать свое время…

– Есть другие авторы…

– Но они хуже, и ты это понимаешь, – устало произнесла она. – Надо было вам предупредить меня, – добавила она со вздохом. – Я сразу сказала бы вам, чем кончится дело.

Все эти годы Мерлин оставался непреклонным в своем желании сохранять полное уединение, поэтому неожиданный приезд Стивена – будь он из издательства «Атертон» или откуда-нибудь еще – не мог не иметь нежелательные последствия. Хорошо еще, если Мерлин не перейдет в другое издательство. Вот это будет настоящая катастрофа!..

Она опять вздохнула.

– Кому-то придется поехать и успокоить беднягу…

– Я не поеду! – тут же откликнулся Стивен – в это мгновение он очень походил на отца. – Он чокнутый.

– Во всяком случае, сам я этим заниматься не собираюсь, – высокомерно проговорил отец. – Я всегда считал этого типа странным. Его можно выносить только потому, что его книги хорошо покупают.

Тут оба выжидающе посмотрели на Арабеллу. Она должна была это предвидеть. Они были так похожи, и у обоих – ни намека на осторожность. За эти годы отец с сыном привыкли к мысли, что Арабелла сможет вытащить их из любого трудного положения, в которое они влипнут. Проблема состояла еще и в том, что ей это всегда удавалось. Хотя на этот раз дело зашло слишком далеко!