Да, у него был дар завоевывать друзей. А его прирожденное упрямство постепенно переросло в несгибаемую волю. Вскоре он вновь заставит присягать на верность собственный народ. Только теперь и люди Карломана — все мужчины старше двенадцати — будут давать клятву верности.
Это было что-то неслыханное — ни до него, ни на много веков вперед. Конечно, юноши и девушки в двенадцать лет считались достаточно зрелыми, чтобы работать, воевать, иметь детей, и, по правде говоря, уже прожили половину отпущенной им жизни. Но до Карла только высшие сословия приносили клятву верности королю. Носатый Арнульфинг призвал всех становиться верноподданными ему одному. Если кто-либо отказывался давать клятву, последствия не заставляли себя долго ждать.
Но все это еще будет. Все это еще впереди. А пока франки стояли на пороге большой войны и кричали:
