– А нам ему ещё и отчё-о-от писать, – прогудел Одуван. Колдун тоже был расстроен.

– Не только ему…

«Вольные маги» ворвались в свои апартаменты и сразу уставились на стол, в ожидании очередных пакостей.

Это вошло уже в привычку. Пакость честно лежала на столе в виде листа бумаги с очередным заданием.

– Нет, я де Гульнара всё-таки убью. Пусть меня потом повесят, пусть четвертуют, но моему терпению пришёл конец.

– Э… это не от де Гульнара, – захлопал глазами Одуван.

«Во дворце появилась нежелательная личность, некто Клещ, утверждающая, что он есть Арканарский вор. Эта сволочь мне все карты путает. Делайте что хотите, но чтоб во дворце им и не пахло!

Патриарх».

– Ну вот. Теперь ещё и на Патриарха работать извольте! – расстроился Арчибальд.

– А давай пошлем его!

– Нельзя. Он за нас на сходке заступился. Правда, утверждает, гад, что мы на него работаем. Фигушки! Долг платежом красен. Сейчас Клеща отсюда вышвырнем и в расчете.

– Да где ж ты его найдёшь?

Арчи улыбнулся. Клеща он знал как облупленного, догадывался, как сюда попал и, естественно, где его искать. Вор он был, конечно, неплохой, но имел одну слабинку.

– За мной, – скомандовал Арчибальд, выскочил из комнаты и помчался в сторону винных погребов Его Величества Георга VII. Одуван грузно топал следом, едва поспевая за своим неугомонным другом.

Расчеты авантюриста оправдались. Около распахнутых настежь дверей, ведущих в глубь подвалов, лежала в лоскуты пьяная охрана короля, а из погребов доносились возбужденные голоса. Арчи усмехнулся. Клещ имел непревзойденный талант уговорить кого хочешь надраться до поросячьего визга и ломался, как правило, последним. Авантюрист прижал палец к губам, давая знать Одувану, чтоб тот не шумел, осторожно подкрался к двери, заглянул внутрь…

Слегка пошатывающийся Клещ стоял в окружении полностью никакой свиты герцога Шефани. Пьющих осталось всего двое.

– Фокус-покус. Сюда наливаем рассол…

– Это тебе, – засуетился кто-то из свиты. – Ты должен быть в форме, а то мы работу потеряем… Ик!

– Можно и мне, – благодушно согласился Клещ. – А сюда вино, это – тебе.

В кубки набулькали всё, что затребовал знаменитый «Арканарский вор».

– Накрываем платочками… – Кувшины накрыли грязные носовые платки Клеща. – Делаем пассы… – Достойный ученик Ворона провел рукой над Кувшинами. – И выпива-а-аем.

Содержимое кубков забулькало в горлах «Арканарского вора» и его оппонента. Оппонент рухнул и захрапел.

– Надо же, угадал! – пьяно удивился Клещ. – А ты угадаешь?

– Запросто!

– Наливай!

Ещё два кувшина наполнились. Один рассолом, другой вином.

– У тебя что?

– Вино, – тряхнул головой охранник, понюхав содержимое своего кубка.

– Накрываем!

Процедура повторилась, только на этот раз рухнул Клещ, опрокинув на себя двухлитровый кубок и расплескав на пол остатки великолепного выдержанного королевского вина. Последний из свиты Шефани нюхнул свой бокал, лизнул содержимое и схватился за голову. В кубке плескался рассол. Бедолага оглянулся, посмотрел на разбросанные вокруг тела и мудро изрек:

– Лучше не выделяться из толпы. Не так больно будет.

С этими словами он грохнул кубок с рассолом об пол, набулькал себе из бочки полный кувшин вина, одним махом выдул его и улегся рядом с «Арканарским вором».

– Вот видишь, как всё просто, – бодро сообщил Одувану Арчибальд, спускаясь по ступенькам вниз. – Поднимай этого доходягу… да не этого! Вон того.

– И куда его? – прогудел Одуван, перекидывая Клеща через плечо.

– Бе-е-е…

– От зараза! Такой плащ изгадил! – подпрыгнул колдун.

– Может, его вместо жабы тебе на фонтан пристроить? – засмеялся Арчибальд.

– Так куда его?!! – чуть не плача вопросил Одуван.

Аферист почесал затылок.

– Вообще-то куда подальше из дворца, но тащить такого обормота через всю охрану несподручно. Можешь магией туда, где нас чуть не чикнули этой ночью? Там его наши люди найдут.

– Да я и с ноги могу!

– С ноги не надо! Папа мне этого не простит! А плащик я тебе новый справлю, на свои собственные.

– Ага! У тебя тоже есть папа! Ладно… считай, попал. А сейчас только из уважения.

Одуван сдернул с плеча в дупель пьяного Клеща, примерился ногой…

– Магией, я сказал!

– Извини…

Одуван скрипнул зубами, что-то пробормотал, и бесчувственное тело Клеща со свистом ушло в неизвестность, оставив в руках деревенского колдуна клочок своего кафтана. Где-то далеко послышался звон стекла.

– Лучший витраж! – донесся до них истеричный вопль Мажерье. – За него столько золота гномам отвалили!