Утро ни хрена не красит! Ткач, я тебя кастрирую, когда поймаю! Это что за очередной такой сон? Мне теперь синемой [12] постоянно забавляться? Ткач, не действуй мне на нервы. Ты показываешь мне различные варианты нанесения своего удара? Мол, давай на свежий воздух из герцогства, а не то всем им будет бо-бо? Перебьешься! Здесь меня будешь доставать, я сказал. Стоп! А почему я ни разу не видел сон про Валию, Лаэру, Рыжика? Матвей вообще первоочередная цель хохмы! А ткач ли это мне показывает? А не я ли сам себя по ночам тираню? Почему раньше такого не было? Опять стоп. Связано ли как-то это с моими недавними шалостями в Закрытом лесу? Опять вопросы. Боже, как мне это надоело. Получаешь ответ на один вопрос — так сразу возникают три новых! Пушок, чего уставился на меня? Готовься, скоро выступаем, скотина. Так, вдохнуть и выдохнуть, и так десять раз подряд. Прости, Пушок. Был неправ. Я обнял драка за шею. Принесу извинения в виде очередного боя. Мир?

— Опять по тому же курсу, командир? — спросил меня подошедший Ровер.

— Да. — Я стиснул зубы.

Не собьешь ты меня, сволочь, с пути. Выходи, подлый трус. Завтра мы будем у засыпанного драконами пешеходного перехода.

Тирьям-пам-пам-пам-пам, тирьям-пам-пам-пам-пам. Опять никого не встретили, кроме слабых тварей. Погань здесь завести, что ли? Хоть зомбаки будут нормальными, а не этими едва двигающимися слабосильными уродами. Я сошла с ума, какая досада. А еще большая досада суетилась около котелка с почти готовой кашей. Сегодня пришла очередь готовить Рикту. Это будет уже не язва, это моментальное прободение желудка!

— Что будем делать, Влад? — мрачно поинтересовался у меня Ровер. — У нас есть громадная проблема. Сколько еще можно нам бесцельно бродить по этой проклятой земле? Сколько еще можно нам впустую рисковать своими жизнями?! Сколько еще необходимо нам вынести трудностей и невзгод? Сколь…

— Ты прав, — перебил я вампира. — Нам срочно нужен хороший повар. Ваши предложения? — спросил я у мигом повеселевших соратников.

— Влад, так я об этом и говорю, — вскинулся Ругино. — Перебрось сюда Регину, внучка патриарха клана готовит так, что пальцы оближешь и тарелку съешь.

Заманчивая идея, я покосился на снятый с костра Риктом котелок. Опять недоварена. Наверно. Как вкусно готовит эта высшая вампирка, или вампира, или вампирша, я убедился сам на недавних вечерних посиделках с Риорданом. Но с другой стороны, у меня есть гнусная привычка обращать в свою подругу любую симпатичную особь женского пола, с которой я достаточно долгое время нахожусь в одной компании. А с третьей стороны, я постель с ней делить не намерен, даже если бы не было хохм ткача. Короткие черные волосы, великолепная подтянутая фигурка, симпатичное лицо, карие глаза, точеный носик, маленький ротик, а из-под пухленьких красных губок выглядывают прелестные белоснежные двухсантиметровые клычки. Брр. Как представлю, что этот ротик берет в плен, тьфу, короче, как этот ротик чем-то занимается, так и импотентом можно стать! Решено, берем Регину отрядной поварихой. А вдруг ткач обратит на нее внимание? Черт, а если рискнуть? Желудок и совесть начали упорную борьбу между собой. С минимальным перевесом победила последняя.

— Никаких баб! — рявкнул я. — Потерпим. Пушок, иди ужинать. Пушок, ты почему лег на траву? Не изображай из себя умирающего лебедя. Видишь, я же ем. Ну нельзя тебе постоянно питаться мясом живых тварей, козленочком станешь. Пушок, сухпая у нас мало. Половина мешка путника забита оружием и эликсирами. Проклятый его знает, сколько мы будем находиться в рейде. В прошлый раз уложились в два месяца. А если дольше? Нормальных животин тут ведь нет. Одни мертвые и живые твари. Ты хочешь на редких птичек охотиться? Пушок, не капризничай. Раз в день необходимо питаться горячей пищей. Это закон рейнджеров и бомжей. А эликсиры жизни мы прибережем для боя. Давай договоримся: ты не капризничаешь, а я тебя познакомлю с девушкой-дракой. Как зачем она тебе? Ты уже взрослый мальчик, три года и одиннадцать дней тебе стукнуло. Как ее увидишь, так сам сразу и поймешь, зачем она нужна и что с ней надо делать. Получишь незабываемые впечатления. Это даже лучше боя! Не надо грязи, Пушок, я тебя не обманываю. Кстати, твои сородичи за девушку бьются, а победитель получает двойное удовольствие. Уже интересно? Давай ужинать.

Мои соратники посмеивались, слушая мой диалог и видя мимику морды Пушка. Поэтому я и общался с драком вслух: надо поднять им настроение во время пытки. Эх, а ведь придется Пушка знакомить с девушкой. Слово дал. Все, пора спать. Третий день глубокой вылазки — и все впустую. Завтра мы увидим пешеходный переход.

— Привет, Гил. — Я уселся за стол рядом с рейнджером. — Что такой мрачный? Дуняш, принеси пивка. Что случилось?

— Да уезжаю я завтра из Белгора, Влад, — грустно ответил Гил. — Вещи уже собрал, завтра с утра в путь.

— Не понял? — удивился я. — А почему такая спешка? Ты всего ничего был здесь. Еще утром был полностью доволен жизнью и Натой. Стоп. Вы поссорились? Вопрос трех плевков. Я вас познакомил — я вас и помирю. Вы отличная пара.

— Отличная, — буркнул Гил. — Я столько времени за ней ухаживал, даже цветы два раза дарил! А она… Только неделю назад позволила себя поцеловать в щечку, — продолжил Гил после недолгого молчания. — Три дня назад я сумел обнять ее и поцеловать в губы. Сегодня Ната разрешила мне пройтись руками по своей чудесной фигуре.

— Так в чем проблема? — поинтересовался я через минуту. — Ты же не ожидал, что охотница сразу бросится в объятия мастеру-рейнджеру? Терпение нужно и такт.

— Я предложил ей выйти за меня замуж! — простонал Гил.

Так, теперь все стало понятно. Дуняша принесла мне пиво и с сочувствием посмотрела на своего постояльца. Эх, Гил, Гил. Ты совершил ошибку. Для волчиц не существует слова «свадьба», пока не существует. Не дозрели эти амазонки до бракосочетания. Ната послала тебя глубоко и надолго в самых конкретных выражениях. Да и не так все просто в твоей ситуации. Я специально познакомил Нату с тобой, а не Живчиком или другим охотником-жизнюком. Утром, перед своим первым выходом в погань, я совершил ошибку, приняв Нату за другую женщину. Я обрушил на волчицу водопад нежности, любви и ласки. Это не прошло даром для нее. У Наты было много мужчин, но никто не вел себя так с ней в постели. Даже я, когда не поддался на шутку волчиц и обратил ее против них. Чтобы так ласкать женщину, нужно особое состояние души и сердца. Заронил я семена глупости в сердце жизнючки, а сестренка только подлила масла в огонь. То ли у него украли, то ли он украл… Не верят волчицы в версию моего бегства в Белгор от насильственного бракосочетания серва, меня то есть, с баронской любовницей. Считают, что у меня разбито сердце, и только поэтому я здесь оказался. Правильно считают, женское сердце — вещун. Сочетание моей нежности и трагической истории оказалось для Наты волчьим капканом. Я надеялся, что комплекс медсестры задушит слабый росток ненужного мне и ей чувства. Не получилось. Опаньки, Гил встал из-за стола и почти бегом направился к себе в комнату. Что с ним? Все ясно: в корчму вошли волчицы и, усевшись за стол, начали объяснять сестренке, как сильно они голодны и как пересохло у них в горле. Девчонки, вы жестоки не в меру. Незачем добивать Гила. Так, а вот эта история про глупого рейнджера, которую нарочито громким голосом стала рассказывать Ната, мне совсем не нравится.