Обостренный мертвой тишиной слух, уловил звуки – сначала шаги, потом неразборчивый шепот и какие-то шорохи. Настя понимала, что в комнате появились посторонние, и надо узнать, кто они, но, хоть и изрядно поблекшее, видение чудесного острова еще продолжало стоять перед глазами, и очень не хотелось, чтоб оно исчезло навсегда.

– Чего это с ней? – спросил женский голос, принадлежавший, точно, не Яне.

– Блин, тут дышать нечем! – ответил мужской, – целую пачку высадила! Надо было оставить ей пару сигарет…

Остров все-таки исчез, и осталась реальная коморка, куда ее заперли не понятно за что. Не открывая глаз, Настя принялась шарить по постели в поисках одежды, но ничего не нашла, хотя помнила, что бросила ее себе под бок. Такой расклад ей не понравился. Резко сев, она увидела амбала и незнакомую девушку, которая ей сразу не понравилась.

– Доброе утро, – амбал усмехнулся.

Настя внимательно изучала коморку, пока не увидела свои джинсы и свитер, аккуратно висевшие на стуле. Она сразу успокоилась и с интересом уставилась на амбала, а тот достал телефон и сделал шаг в коридор, где была устойчивая связь.

– Ян, привет, – сказал он, – стою, вот, смотрю на нее – живая, здоровая… нет, никто ее не обижал – ты ж просила… да, нормально. Можешь забирать…

…Что значит, «можешь забирать»? Я что, вещь?!.. – все вчерашние обиды мгновенно всколыхнули сознание.

– А ну, дай мне ее! – вскочив, Настя попыталась вырвать телефон, но амбал выставил свободную руку, создав преграду, непреодолимую для маленькой хрупкой Насти.

– Хочешь поговорить, а то она тут аж прыгает? – весело спросил он, и услышав ответ, протянул трубку Насте, – держи.

– Ты, сука! – Настя судорожно сжала трубку обеими руками, – какого хрена меня здесь заперли!.. Пошла ты, знаешь куда со своими порядками!.. Ты поняла, блин!!.. – Настя задохнулась от эмоций и в возникшей паузе услышала:

– Насть, да успокойся ты, – Яна засмеялась, – это в воспитательных целях – я ж тебя предупреждала, что можно делать, а чего нельзя. Я забочусь…

– На фиг мне твоя забота! Вали к своей Машеньке! Ох, я поржу, когда вернешься!.. – Настя не знала, чем еще уязвить сестру, и обрушила на нее виртуозную конструкцию в двенадцать матерных этажей.

Молчавшая до того девушка наклонилась к амбалу.

– Макс, а кто такая Машенька?

– Без понятия, – амбал пожал плечами, – ты ж знаешь, Янка вся круженная – у нее все как-то по-хитрому.

Пока они переговаривались, конструкция превратилась в небоскреб, но, в конце концов, словарный запас иссяк, и не дав сестре вставить ни одной реплики, Настя вернула трубку.

– Да, Ян, – Макс отошел чуть в сторону.

– Похоже, сестренка охамела, – сказала трубка, – я ж хотела, как лучше, бог свидетель, а она хочет, как всегда. Ну, так и флаг ей в руки…

(…Наверное, сейчас утро, – Настя оглядывала пустой коридор с закрытыми дверями, из-за которых теперь не доносилось, ни голосов, ни звона посуды, да и запахи кухни куда-то пропали, – надо дергать отсюда!.. Но это был лишь ничем не подкрепленный порыв души – ее одежда так и висела на стуле, а в трусах и лифчике, и без документов, далеко не дернешь; да и куда? Она повернулась к Максу, который кивал, все еще слушая длинный Янин монолог).

– …короче, сумку ее я сейчас привезу, – продолжала Яна, – а дальше решай сам – хочешь, оставь ее в этом заведении; хочешь, отошли куда-нибудь – у тебя ж «точек» много. Нахлебается, сама прибежит; пусть набирается личного опыта… только, если она запросится домой, отпусти – никаких там отборов паспортов и так далее, понял, да?..

– Заметано, – амбал спрятал телефон и взглянул на Настю так, что она инстинктивно прижалась спиной к холодной стене. Это был совсем другой взгляд, нежели пять минут назад – взгляд хищника, настигшего изворотливую добычу.

– Ну что, будем работать? – он усмехнулся.

– В смысле? – не поняла Настя.

– А без всякого смысла – тупо трахаться, – он втолкнул Настю обратно в коморку, – Кать, закрой дверь!

Девушка выполнила приказ, но сама осталась.

– Для начала посмотрим, что ты из себя представляешь, – Макс швырнул Настю на постель.

– Ты чего?.. – она бойко отползла в дальний угол, но он только номинально являлся дальним. Схватив за ноги, Макс без труда подтащил девушку обратно, перевернул на живот и одним движением сорвал трусики. Настя хотела вскочить, но он грубо ткнул ее лицом в грязную простыню и придавил затылок.

– Как тебя там?.. Ну-ка, раздвинь ножки.

– Не хочу, урод… – еле слышно прохрипела Настя, невольно вдыхая ужасный запах, исходивший от постели – но больше дышать ей было нечем.

– Детка, да кто ж тебя спрашивает? – Макс расхохотался, – я ж должен опробовать товар, чтоб знать, сколько он стоит. А насчет «урода», мы поговорим отдельно. Давай-ка быстренько…