Марк только поморщился.

— Итак, я тебя слушаю, — сказал Гавард.

Он уважал и Алекс, и Марка, хотя пытался всегда превзойти их по всем пунктам. Но он любил честную борьбу. Гавард всегда считал, что Алекс гениальна. И тем более он не мог ею не восхищаться, потому что она была женщиной. Женщиной, которая руководила целым штатом склочных красоток и умудрялась находить общий язык даже с самыми капризными клиентами. А теперь вот приходит Марк и непонятно в чем его обвиняет.

— Это я тебя слушаю, — раздраженно сказал Марк. — Или тебе нечего сказать? Я, разумеется, не жду, что ты будешь передо мной оправдываться. Это было бы слишком наивно с моей стороны, но мне просто хотелось бы знать, как у тебя совести хватило на такое?

— На какое такое?

— Не придуривайся! — Марк начал выходить из себя.

Он старался держать себя в руках, с самого начала рассчитывая на то, что убьет Рэнделла одним только своим спокойствием, но, как только увидел Гаварда, внутри у него все снова закипело.

— Если ты меня в чем-то хочешь обвинить, приводи аргументы. И они должны быть вескими. — Голос Гаварда стал жестким. — Мне не очень-то приятно выслушивать от тебя оскорбления, которые я не заслужил.

Марк подавил безумное желание расхохотаться. Нервы, подумал он. Мне нужно повсюду таскать с собой успокоительное.

— Хорошо, — сказал он. — Могу все разложить тебе по полочкам, раз уж ты так хочешь.

Гавард развел руками и кивнул. Да, он этого хотел. А как же иначе? И вообще как смеет этот мальчишка разговаривать с ним в подобном тоне?

— Первое, — начал Марк, предварительно глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, — ты украл у нас идею фестиваля, и ты это знаешь. Я пришел не для того, чтобы разбираться с тобой жесткими методами, хотя я с удовольствием набил бы тебе морду, но мне очень хотелось посмотреть в твои глаза и увидеть в них хоть грамм совести. Но я что-то ничего не вижу.

— Что за чушь?! — Гавард тоже разозлился. — Что значит — я украл у вас идею фестиваля? Ты не пьян, Марк?

— Увы. Я трезв, как стекло.

— И наркотики не принимаешь?

— Если ты будешь издеваться надо мной… — Марк побелел от ярости.

— Стоп, — сказал Гавард. — Я всего лишь хочу выяснить, что происходит, и с чего ты взял, что я плагиатор?

— Потому что это была наша идея! И мы придумали ее целиком и полностью. А ты так же целиком и полностью ее украл! Всю, до малейших подробностей!

Гавард положил сцепленные кисти рук на стол, слегка наклонился вперед и резко произнес:

— Я сейчас просто выгоню тебя отсюда, Марк. Потому что ты городишь чушь. Идею фестиваля придумали мы. А о том, что вы задумывали нечто подобное, я понятия не имею.

— А кто конкретно предложил тебе план проведения этого показа? — спросил Марк, на которого вдруг снизошло озарение.

— Если хочешь знать, то это очень талантливая и очень красивая девушка, которую зовут Линда Микс. Хотя не понимаю, какое тебе дело до этого. Ее имя тебе ничего не скажет. Я познакомился с ней случайно и предложил поработать у меня моделью, но теперь она не просто модель — она мой первый помощник. Ибо женщина с таким незаурядным умом, как у нее, далеко пойдет. Тебе плохо, Марк?

Марк уже не сдерживал своих эмоций. Он смеялся так, что у него из глаз хлынули слезы. Марк почувствовал, что, если сию же секунду не остановится, у него начнется самая настоящая истерика.

— Прости, Гавард, — сказал он, немного успокоившись. — Сейчас я приду в себя.

Гавард смотрел на него странным взглядом. Он видел, что с Марком что-то не то. Да, этот мальчишка действительно в панике, и, кажется, у него нервный срыв. Но Гавард до сих пор не понимал, что происходит.

— Линда Микс, — сказал Марк, вытерев слезы, — работала у нас моделью, Рэнделл. И она украла у нас идею показа и принесла ее тебе. Не знаю почему, но я верю, что ты понятия не имел о том, что это чужая идея. Линда выдала ее за свою? Вот молодец!

— Не понимаю, — тихо произнес Гавард. — Линда работала у вас? Этого быть не может! Она не могла быть моделью.

— И тем не менее она ею была. Хотя да, ты прав, у нее нет к этому никаких данных, кроме внешности. Это люди, не имеющие никакого отношения к модельному бизнесу, думают, что манекенщицей может стать любая красивая женщин, если ее обучить ходить по подиуму. Но мыто с тобой знаем, что этого недостаточно.