– А где саботаж, там и шпионаж. Ведь так?

– В точку. Нам срочно техдокументация на оборудование нужна, пора уже мастеровых отправлять на обучение – а на заводе неразбериха, от инспекций и ревизий не протолкнуться. Калачева вконец уже задергали. Нехорошо, одним словом.

Главный инспектор условий труда заметно обрадовался – наконец-то представилась возможность поглядеть воочию на такого редкого зверя, как настоящий саботажник! Командир конечно же рассказывал и даже не раз пояснял на примерах, что это такое и как с этим бороться, но теория – это одно, а практика совсем другое. Тем более что с последней на фабрике было ну совсем никак – там любого вольного или невольного бракодела сами рабочие наказывали. Увидев короткий, но очень выразительный жест, князь отрицательно покачал головой:

– В этом случае таких крайностей не нужно. Хватит доверительной беседы, если получится – собственноручно написанного признания, ну и небольшого несчастного случая.

– Насколько небольшого?

– Чтобы как минимум полгода он на заводе не появлялся.

– Сделаем, командир.

Производственное совещание, совмещенное с дружеской беседой, прервал энергичный стук в дверь. А затем показался и его источник – немного волнующийся Греве прямо с порога объявил, что показался кортеж с долгожданными гостями.

На сей раз «нянькой» его императорского высочества Михаила Александровича был его старший родственник, великий князь Сергей Михайлович. Впрочем, старшинство это было вполне умеренным и сильно в глаза не бросалось – первому Романову было тринадцать, и он был неимоверно серьезен, а второму двадцать два, и с его губ не сходила улыбка. Учитывая, что князь и сам был не обременен большим количеством прожитых лет, компания из трех родовитейших аристократов Российской империи довольно быстро нашла общий язык, практически сразу перейдя от приевшегося своим официозом титулования к обращению по имени-отчеству. И первым это сделал самый старший из высочеств – сразу, как только зашел в гостеприимно распахнутые двери первого магазина Российской оружейной компании. Пол, покрытый метлахской плиткой бежевого цвета, стены, оружейные шкафы и прилавки из светлого вощеного дуба, со сдвоенными пилястрами желтого мрамора между ними и красивыми бронзовыми бра; изобилие света и стекла – и на этом фоне оружие, на любой вкус, вес, калибр и размер, а также холодное и «горячее». Всевозможное охотничье – гладкоствольное и нарезное, причем элитные производители вроде «Франкотт» или «Холланд-Холланд», за многие сотни рублей, вполне себе мирно соседствовали с дешевенькими «бюджетными» поделками льежских и тульских мастеров. Разнообразное клинковое, в основном из Золингена и Златоуста, словно невзначай посверкивало полировкой и гравировкой или же притягивало к себе взгляд благородным муаром дамаска – будучи аккуратно разложено внутри длинных витрин-стоек. Но больше всего было короткоствольного оружия: десятки револьверов висели на специальных крючках-кронштейнах, обрамляя собой чертову дюжину пистолетов, вернее, три основные модели и десяток вариаций на их основе.

– Александр Яковлевич, вы не поясните?

Это старший из Романовых, благосклонно приняв протянутое ему ружье, тут же недоуменно нахмурился, не понимая, что же у него в руках – надвое не переламывается, рычага перезарядки не видно.

– Конечно, Сергей Михайлович. Позвольте, так сказать, наглядным примером?

Взяв дробовик, князь слегка напоказ вогнал пятерку неснаряженных гильз шестнадцатого калибра в приемник, после чего приложил дробовик к плечу и пять раз нажал на спуск, с тихим клацаньем передергивая помпу (а стоящий рядом Григорий быстро подхватывал использованный «боеприпас»).

– Сам принцип не нов, и компания Винчестера уже выпускала нечто подобное, но крайне малой серией и не самой лучшей выделки. Так что вы держите в руках первое в Старом Свете ружье подобного типа.

Подобное заявление так явно пришлось по душе молодому великому князю, что он тут же спросил, сколько стоит подобный эксклюзив.

– Данное ружье изначально предназначалось в качестве подарка именно вам, Сергей Михайлович.

«Или любому другому из вашей многочисленной семейки – уж двенадцати штук-то хватило бы на всех, кто бы там ни прикатил с Михаилом».

Самую малость порозовевшее от удовольствия высочество даже не стало уточнять – откуда стало известно, что приедет именно его персона. Вместо этого он пригласил гостеприимного хозяина поучаствовать в намечающейся небольшой воскресной охоте и сопутствующей этому делу столь же небольшой культурной пьянке.

«Негласные охотничьи традиции тоже, оказывается, имеют глубокие исторические корни. Только в этот раз, пожалуй, я ничего фотографировать не буду – одного раза за глаза».

«Обработав» одного гостя, Александр перенес свое внимание на другого – благо что Михаил Александрович не скучал, увлеченно разглядывая невиданную доселе амуницию. Пятнистая или однотонная, с узкими или широкими карманами, нашитыми налокотниками и странными трехзубыми пряжками – она меньше всего походила на привычную одежку для охоты. Не уступала ей и остальная экспозиция под общей маркой «Экспедиционные товары», так что младший Романов напоминал человека, впервые попавшего в пещеру с непонятными, но очень интересными предметами. Подросток примерялся, все трогал или взвешивал на руке, с удовольствием опробовал одну из пилок ножа-многофункционала на специально припасенной для этого дела ветке, потом обуглил спиленный кусок на спиртовой горелке. И вообще, выглядел он столь счастливым, что фабрикант подумал-подумал, да и не стал отвлекать своего гостя от столь понравившихся ему игрушек. Проследив за отгрузкой привычно-стандартных сувенирных наборов для августейших братьев Михаила и вернувшись в компанию великого князя Сергея и двух его свитских, аристократ «внезапно вспомнил» об еще одной эксклюзивной новинке. И тут же поинтересовался, не хотят ли его собеседники по случаю освидетельствовать и ее?

Разумеется, они хотели, да еще как! Само слово «новинка», действовало на мужчин подобно зову сирен, вызывая повышенное слюноотделение и настоящий огонь в глазах. И не потому, что все они были такими уж ярыми ценителями оружия, – нет, конечно, все в пределах разумного. Просто это же шикарнейшая возможность при случае мимоходом обронить, что да, видел он то-то и то-то, вполне себе интересная штучка. А затем этак скучающе-небрежно отвечать на вопросы заинтригованных приятелей, получая репутацию очень сведущего в оружейных делах человека и попутно наслаждаясь всеобщим вниманием.

– Прошу. Данная модель самозарядного пистолета именуется «кнутом», за очень специфический звук при выстреле.

Большую, но в то же время легкую кобуру небрежно повертели в руках и отложили в сторонку, а вот сам «кнут» едва ли не облизали со всех сторон – уж очень он всем понравился. Массивный, с длинным стволом, угловато-смертоносный пистолет привычно-больших размеров завоевал трепетные сердца офицеров одним своим брутальным видом. С некоторым трудом отобрав его обратно, Александр с видом фокусника улыбнулся и в два движения присоединил кобуру-приклад к ручке.